Пепел

Девушка, немного шокированная тем, что кто-то сумел зайти к ней за спину, обернулась. Там стоял парень лет двадцати трех. Ростом он был чуть выше среднего, но небывало красив на лицо. Подобную стать не портили даже простецкая одежда, дешевый посох, вероятно — самодельный, и черная бандана, скрывающая волосы.

Впрочем, чтобы какой-то магик, даже опытный, зашел за спину Березке? Наверно перепила эля…

— Вы, простите, кто?

— Можно и на ты, — беззаботно улыбнулся парень.

Его губы задвигались, но никто не разобрал ни слова, вернее — ни Слова.

Слова, с большой буквы, были волшебными, они могли подчинять или изменять суть вещей, природы и даже чего-то большего, но понимать их могли только магики. Все дружно глянули на Алису, но та лишь покачала головой — она не знала этого Слова.

А в то время к парню подъехала табуретка, выскользнувшая из под какого-то бедолаги, который, обливаясь брагой, с криком и оханьем свалился на пятую точку. Парень уселся и, оглядевшись, нагло сцапал чарку, недавно отобранную Березкой у Алисы.

Магик, не стесняясь, щедро плеснул себе эля из общего кувшина и сцапал булочку.

Отряд смотрел на него как на сумасшедшего.

— Фяфь фней не фел, — прочавкал бедняк.

— Ты кто? — повторилась Мери.

Красавец шумно сглотнул, потом закашлялся, залпом осушил бражку, простучал грудь, поднял палец, словно попросил подождать и, внезапно, оглушительно рыгнул.

— Прошу прощения, — ничуть не смутился тот. — Меня зовут Эш. Я слышал вы отправляетесь к Огненным горам.

— Есть такое, — кивнула Мери, пристально вглядываясь в странного человека.

 — Но нам нужен волшебник.

— Тогда всем нам крупно повезло! — лицо юноши буквально засветилось детским счастьем. — Я ведь волшебник. Да-да, самый настоящий. Могу даже фокус показать! Хотя нет, фокусы для шарлатанов, а я волшебник.

— И сколько Слов знаешь?

— Хмм, — парень задумался, машинально пожевывая очередную булочку. — Пятьдесят где-то, может чуть больше, может чуть меньше.

Мери отчего-то поверила ему — действительно знает. Но пятьдесят Слов это уровень хорошего магика, что никак не вяжется с нарядом.

Обычно волшебник всегда старается одеться получше, потому что зачарованные вещи могут усилить его способности. Эти же скорее усиливают лишь одну способность — попрошайничество. Такому нищему бродяжке так и хочется протянуть четвертак от медной.

— Стихия?

— Огонь, — пожал плечами парень. — Предупреждая твой вопрос, Березка, знаю две формы. Воплощение и покров.

— Это очень неплохо, — кивнула Мери. — Даже хорошо.