Ровно в четыре часа – еще не утро, но уже и не ночь – они подъехали к воротам Новодевичьего кладбища, напротив которого стоял низкий, широкий, мощный «хамбер» черного цвета. Мигнули подфарники.
– Ждите, – сказал Рыков, вылезая. Еще подъезжая, он определил, что Юрьев в кабине машины один, и слегка успокоился.
Усевшись позади водителя на удобном сиденье, он сухо проговорил:
– Я слушаю.
– Что-то ты занервничал, Герман. – Юрий Бенедиктович кивнул на машину Рыкова с охраной. – Вынашиваешь наполеоновские планы? Виктор и Кирилл в твоей связке?
– Давай о деле, – еще суше произнес Рыков.
– Изволь. Мне нужны «глушаки». Что нужно тебе?
С минуту Герман Довлатович молчал, засунув руки в карманы плаща.
– Каким образом можно перенастроить «глушак»?
– Существует некий кристалл… э-э, нечто вроде насадки на ствол, которая преобразует луч гипноиндуктора в соответствии с программой…
– Кодон, что ли?
– Ну вот, а спрашиваешь.
– Я Посвященный, к чему лукавить. А кодон – не кристалл, а одна из Великих Вещей Мира, оставленная Безусловно Первым.
По легенде, это воплощение в материале одной из его Сил. К сожалению, это все, что я знаю. Какова суть кодона? Что он может еще?
– Герман, эти знания неподвластны Посвященным нашего уровня. Я тоже знаю не больше твоего. Ты прав, кодон – это реализованная физически одна из девяти Сил Бога, если вспомнить каббалу.
– Эхейх? – пробормотал Рыков. – Иегова?
– Может быть, и выше – Эл или даже Элохим Гибор. Не знаю. Каждая Сила, кроме того, имеет пять уровней. Мне это совершенно не важно.
Главное, что такая вещь существует.
– У Бабуу? «Глушаки» ты ему хотел передать?
– В обмен на кодон.
– Чтобы испробовать на мне?
Юрьев рассмеялся.
– Герман, ты слишком серьезный противник, чтобы с тобой не считаться, посильнее даже твоих сторонников, Голованя и Мурашова.
– Благодарю. Мы договоримся лишь в одном случае: я отдаю «глушаки»… не все, половину, ты мне – кодон.
– Это невозможно. При всем моем желании Бабуу не станет рисковать.
Рыков помолчал, понимая, что Юрий Бенедиктович прав.
– Тогда помоги мне устранить Хейно… а заодно и кое-кого из моих преданных друзей.
– Резкое сокращение численности Союза недопустимо, и ты это знаешь, Герман. Если Хейно Яановича еще можно «сократить» как бунтаря, скажем, то уход Кирилла и Виктора повлечет ослабление эгрегора Внутреннего Круга.
– Хорошо, пусть будет Хейно.
– А разве ты не подключил к «волне выключения» Хейно Посвященных I ступени? По-моему, Самандар согласился тебе помочь.
