Перстень Люцифера

— Присаживайтесь, Леонид Николаевич,— пригласила Яковлева, которая помнила имя и отчество всех сотрудников Петроградской ЧК и никогда не называла их по фамилии. Она помолчала, а затем, улыбнувшись, спросила: — Что вы знаете о франкмасонах?

Яровой снял пенсне и растерянно развел руками.

— Только то, что о них пишут монархисты и черносотенцы — что масоны выступают против всякой власти, против семьи, патриотизма и являются организаторами всех революций, которые происходили в Англии, Франции, Германии и России. Ну что еще? Что мы, большевики, являемся передовым отрядом всемирного масонства.

Яковлева усмехнулась.

— Только перелистывал...

— Ну что ж, теперь вам придется несколько углубить свои знания в этой области,— сказала Яковлева и вкратце ознакомила его с содержанием полученного из Стокгольма письма.

— Да, любопытное дело.

— Весьма,— согласилась Яковлева.— А как вы посмотрите, если это «любопытное дело» будет поручено вам?

— Буду рад,— просто сказал Яровой.

— Тогда считайте, что решение принято.

Только хочу вас предупредить, Леонид Николаевич, что времени у нас с вами, к сожалению, в обрез. Этот Ковильян-Корзухин может уже объявиться через неделю.

— Маловероятно,— сказал Яровой.— Для подготовки ему потребуется как минимум дней пятнадцать-двадцать.

Яковлева улыбнулась.

— Маловероятно, говорите? Советую очень осторожно относиться к этому слову, Леонид Николаевич. Что такое — маловероятно? Мой опыт свидетельствует, что то, что представляется маловероятным, случается на практике значительно чаще, чем вероятное.

Так что лучше всего ориентироваться как раз на то, что кажется маловероятным,— меньше неожиданностей. Ковильяна-Корзухина мы не знаем, но мне думается, что этот авантюрист не из тех, кто долго раскачивается. Нельзя давать ему возможность опередить нас,

— Это я понимаю, но несколько лишних дней мне бы не помешало.

— Недели вам хватит?

— Если учесть, что в сутках двадцать четыре часа...

— Кто-то мне говорил, что все двадцать шесть... если вставать на два часа раньше,— пошутила Яковлева.

— Я готов вставать даже на четыре часа раньше.

— И еще. Относительно самой операции. Учтите, Леонид Николаевич, что ваша задача сводится не только к тому, чтобы арестовать Ковильяна-Корзухина и помешать ему исполнить задуманное. Это самое простое. Я надеюсь на большее.

Яровой не понял, и она объяснила:

— Его надо заставить помочь нам. При этом, конечно, совсем не обязательно, чтобы он догадывался, кому и в чем помогает.