Первый, случайный, единственный

Да для нее и просто не хватало места, хотя, конечно, родители обиделись бы, если бы она им такое сказала. В детской расположились Ева с Артемом – вот уж кто точно заслуживал сострадания! – в спальне, понятно, родители, в гостиной – телевизор, Ванечкины игрушки с книжками, да почти каждый день и сам Ванечка… И на кухне тоже не разживешься, потому что для кормления такой оравы маме придется проводить там слишком много времени. В общем, вопрос стоял попросту, по-гамлетовски, быть или не быть, и для его положительного решения Полина была готова на многое, хотя, правда, все-таки не на что угодно.

«Пристроюсь куда-нибудь к компьютеру, денег заработаю, там видно будет, может, квартиру удастся снять или хоть чердак какой, типа Глюкова. А пока здесь перекантуюсь, – рассуждала она. – Да и для Юрки ведь лучше. Так ему сначала отсюда всю мебель, все вещи в Чертаново перетаскивать, потом из Чертанова еще куда-то, а так я время потяну, пока Женя квартиру обменяет, и никаких лишних перевозок. Да и квартира эта чертановская – бр-р, подумать тошно!»

Она вспомнила панельную многоэтажку в ста верстах от метро, которую еле нашла среди других точно таких же унылых строений, и воняющий мочой подъезд, и обшарпанную дверь квартиры, и саму квартиру, похожую на темный трамвайный вагон, и особенно почему-то тусклое зеркало в прихожей… На зеркале было что-то написано помадой, Полина разобрала только «не любишь», как в пошлом сериале, и ей почудилась в этом такая неизбывная тоска, что не захотелось и разбирать, что же там еще написано.

Выменять-то она эту квартиру выменяла, потому что иначе не получить было необходимую разницу для уплаты Темкиного долга, но жить в ней… Нет уж, лучше она на кухне поживет! И, кстати, может быть, сумеет внушить хозяину светлую мысль о том, что неплохо бы ему самому перебраться пока в Чертаново.

– Ну, живут же люди в коммуналках, – слегка заискивающим тоном произнесла Полина, исподлобья глядя на Георгия. – Бывает, неделями вообще друг другу на глаза не попадаются…

«Займется же он чем-нибудь, пойдет куда-нибудь, – подумала она при этом.

– Полина, живи где хочешь, – сказал он. – Мне все равно.

– Вот и отлично! – обрадовалась она. – В общем, я на кухне располагаюсь, а ты бери все, что тебе надо, а…

– Ничего мне не надо. – Он как-то болезненно поморщился, как будто она предложила ему что-то оскорбительное, и потер плечо, словно бы брезгливо. – Я тебя не трогаю, и ты меня не трогай.