– Просто передай тому идиоту, чтобы больше мне не попадался, – произнесла я и плавно разомкнула объятия, отстранившись от Рамиля. – Иначе я побью его его же копченой медузой.
– Ты больше с ним не встретишься. Пока.
– Пока, – в робкой улыбке поджала губы и отошла к папе, который сразу приобнял меня за плечи и притянул к себе.
Рамиль сел на пассажирское сиденье рядом со своим отцом, защелкнул ремень безопасности и долгим взглядом смотрел на нас. До тех пор, пока машина не развернулась на пыльной дороге.
Протяжный гудок поставил точку в нашем коротком знакомстве, когда внедорожник исчез за поворотом.
– Ну вот, – вздохнул папа. – Опять надо будет самому дрова на баню колоть. Эх… И картошку опять вдвоем копать будем. Может, опять на тракторе сгоняешь до той лужи в поле? Вдруг там еще какой помощник застрял.
– Тунеядец, – шутливо ткнула папу плечом в бок. – И чего это мы вдвоем будем? – с хитрой полуулыбкой посмотрела на него снизу вверх – А тётя Марина? Или её помада не пришлась тебе по вкусу?
– Так, яйцо, не учи курицу, – смущенно засеменил папа и поспешил скрыться в доме.
Пошла следом за ним. Остановившись у распахнутой калитки, напоследок посмотрела в ту сторону, в которой уже улеглась пыль от уехавшего внедорожника.
На этом, пожалуй, всё.
Калитку можно закрыть.
Глава 33. Рамиль
Батя всю дорогу ворчал. В основном, ворчал о том, какой он молодец и какой я утырок с мошонкой вместо головы на плечах.
– …Мозгами пораскинуть не мог? Обо мне не думаешь, о матери подумал бы хоть! – брызгал батя слюной на лобовое.
– А ты обо мне много думал? – спросил я у него, когда машина, въехавшая в город, остановилась на первом же светофоре.
Резко повернув голову и поймав мой взгляд, батя застыл. По раскрасневшемуся лицу пошли белые пятна.
Он понял. Понял, что я имел в виду под этим вопросом: была ли у него реально хоть одна минута на мысли обо мне, пока он спал с девушкой, хоть и бывшей, своего сына?
Впереди стоящая машина тронулась, это отвлекло батю от гляделок со мной. Отвернувшись к лобовому, он набрал скорость.
Вздохнул и снова начал говорить, но в этот раз гораздо тише. Будто устал.
– Сдам тебя сейчас матери, и пусть она что хочет с тобой, то и делает.
– Мы к ней едем?
– Да, – короткий ответ. Затем, бросив взгляд в зеркало заднего вида, папа отрывисто сказал Ольге, которая всю дорогу сидела тихо. – Тебя я сейчас завезу ко мне. Подождёшь в моей квартире.
– Но, Ромочка… – начала она лить сироп в уши.
– Я сказал, подождёшь.
Оля ничего не ответила.
