Песочные часы

Что родила от него ребёнка, выдав его за законного, а теперь мы спасаемся от праведного гнева «рогатого» супруга.

Такие истории у многих вызывают жалость: нет в Арарге разводов, если уж петля, то на всю жизнь, — вот и кухарка всплакнула, даром обещала нам еды в дорогу собрать, накормила Рагнара вкусненьким, а дочка её (подавальщица) даже за ним присмотрела, пока я своими делами занималась.

Тьёрн был собран и спокоен, даже смеялся, принимал живейшее участие в обсуждении последних новостей, а вот я жила в постоянной тревоге.

Разумеется, и речи не шло, чтобы затемно выезжать из деревни с младенцем, поэтому мы здесь же и заночевали. В одной комнате.

Мы с сыном поднялись наверх первыми: зачем привлекать к себе лишнее внимание? Маг присоединился к нам чуть позже, обрадовав новостью, что беглую торху виконта Тиадея здесь никто не разыскивал.

Моё исчезновение, скорее всего, обнаружили утром. Сначала госпожа, наверное, решила, что я куда-то ушла. Но потом, увидев, что Рагнара тоже нет, а кровать не расстелена, всё поняла и сообщила мужу. Зная норину Мирабель, сделала это не сразу, надеясь, что ошиблась: она боялась гнева супруга.

Кроме того — учения, норн мог быть занят, ему не до жены… Так что, думаю, новость достигла его ушей не раньше полудня. И начались мои усиленные поиски.

Хозяин непременно пожелает принять участие в охоте. По многим причинам.

Во-первых, я украла наследника, сына, которого он так любит.

Жестоко, конечно, с моей стороны отбирать Рагнара. Норн — отец, для него этот подкашливающий комочек, которому не даёт заснуть простуда, — самое близкое существо, которое дороже всех богатств мира. Но ведь я его мать, я умру без Рагнара. Я девять месяцев его вынашивала, он стал частью меня, тем, за кого жизнь отдам. У норна есть норина Ангелина, будет ещё один сын от какой-нибудь торхи — а у меня он один.

Во-вторых, норн чтит законы. Он не останется в стороне от розысков, более того, сам будет ими руководить. Поставит на уши всех солдат королевства, наймёт мага-охотника, целыми днями будет не слезать с седла (коня или Раша), но не успокоится, пока не найдёт. Потом начнёт укорять, с каменным лицом скажет, что ему жаль, а я сама виновата, и передаст в руки палача.