Песочные часы

Не зная, что делать в таких ситуациях, старалась ободрить, убеждая, что ему ничего доказывать не нужно, что всё пройдёт, как только он перестанет об этом думать, да и вообще неважно. Для меня неважно, потому что никак на моё решение не повлияет. Потом поцеловала.

Поцелуев потребовалось много, пока виконт наконец-то со вздохом согласился остаться.

Подошла, поставила чашку и бутылку на стол и села рядом.

Виконт сказал, что в одной рубашке я простужусь, на что возразила, что в своём доме вольна делать, что угодно.

Что ж, никогда этого не делала, но придётся его соблазнить. Потому что это нужно обоим. Я настроилась, но не получила желаемого, он потерял уверенность… Всё-таки судьба и так сильно потрепала, чтобы ещё и мужчиной перестал быть. Ему Рагнара воспитывать — а кого воспитает раздавленный отец? Ещё до Арарга не доберётся, напьётся где-то, ножом в бок получит…

Мои усилия увенчались успехом: удовольствие я получила. И не только я.

Когда встала покормить дочку и, заодно, собраться на работу, норн ещё спал.

Написала записку, обязалась придти вечером в гостиницу. Зачем? Желала снова увидеть сына, а без виконта это невозможно. Да и деньги на воспитания Согары не помешают. И об отце хотелось что-то узнать — виконт наверняка знал. Поговорим по-человечески.

Отнесла Сагару соседке и приступила к ежедневным обязанностям. А в голове роились мысли. Что не должна была спать с ним. Не повела ли себя, как собачонка: пришёл, поманил, приласкал — и отдалась.

И не нужно было дарить надежду. Но верно говорят: в женщинах сильно сочувствие.

Импари. Красиво, конечно, почётно для дочери торговца. «Благородная сеньора виконтесса Иалей Тиадей» — ласкает слух, как и глаз драгоценности, которые купит муж, только нужно ли мне это? Положим, я уже не торха, обладаю всеми правами, защищена от насилия, имею право говорить, но всё равно за пределами особняка или замка поджидает людская злоба.

Стоило ли бежать, стоило ли приносить в жертву Тьёрна, чтобы вернуться к тому же человеку?

Он отец моих детей, не безразличен, но я не люблю его. Мне очень жаль, Сашер альг Тиадей, но мы с вами из разных миров, слишком разных миров, и ваш мир я не приемлю, а вы свой не покинете.