Песочные часы

— Поцелуй. В последний раз. Раш у Готовера. Обещай, что не бросишь сына. Шпагу ему отдай…

Всхлипывая, замотала головой, заверяя, что всё будет хорошо, и, как просил, поцеловала.

Сжала его ладонь, накрыла своей.

— Я приеду в Арарг. Кем, когда и насколько, не знаю, но приеду. Не обещаю, что стану жить с вами, но не сбегу, не буду прятаться.

Гладила его по мокрым спутанным волосам и чувствовала себя такой беспомощной.

Подозвала прохожего, наконец решившегося заглянуть в переулок, попросила врача и помочь перенести раненого в мой дом.

Почему не в гостиницу? Там он умрёт, а я выхожу.

На вопрос, кто он мне, солгала — муж. Зато никаких вопросов.

Врач сказал, что рана опасная, но виконт потерял немного крови, поэтому есть шансы на благоприятный исход.

Я кивала, сидя в изножье постели и периодически со страхом посматривая на норна. Он пребывал без сознания. От того, очнётся ли, многое зависит. Самые трудные — первые двое суток, если переживёт их, то встанет на ноги.

Сидя у постели виконта, ухаживая за ним, думала о том, что делать дальше.

Работу, разумеется, бросила: какая работа, если он слабее Сагары? Разрываюсь между ними…и самой собой.

Это ведь как обещание, он ведь меня первой увидел, открыв глаза. И думает, что я буду рядом, останусь с ним.

Тупик. Хоть действительно за него замуж выходи! Только ведь это навсегда, возвращение в королевство рабов. Да, не одной из них, а хозяйкой, но я не желала владеть живыми людьми. И не смогу молчать, видя обыденные издевательства. А ещё ведь есть я, та самая клетка…

Вспомнился Тьёрн и давние мысли насчёт замужества.

Тогда я сравнивала мага с ллором Касана. Сравнила и в этот раз, только виконта и мёртвого жениха, чьё кольцо вё ещё хранила. Да, на первый взгляд то же, но покойный маг меня не бил, вещью не считал и друзей не убивал. Но ведь раскаялся, кажется. Только я всё помнила.

Брак по расчёту? Мне — сына, деньги, виконту — меня. Другая бы, не раздумывая, согласилась, а я нет. Выхаживала норна, думала о жертве Тьёрна, себе, Сагаре. О том, какая судьба ждёт дочь, она станет официальной дочерью виконта.

Со мной всё ясно, ясно, что не приму Арарг, буду изображать счастье, тосковать и тяготиться ролью жены. И освободить меня на этот раз сможет только смерть мужа — таков закон.

Куколка в шелках и бриллиантах, не смеющая переступить черту, неравная по рождению и отношению. Не уверена, что даже для виконта я такая, как он. Привязанность, она разная и вовсе не подразумевает взаимопонимания и уважения чужих желаний.