Пленник ее сердца

Казалось, его сердце выстукивало: «Полина, Полина, Полина…»

Но такого быть просто не могло: наверняка оно выстукивало нечто иное – скажем, «балда, балда, балда…».

Где-то совсем рядом любовь разверзлась зловещей трещиной в земле, и эта трещина с каждым мигом становилась все шире, и если не проявить крайнюю осмотрительность, она провалится в нее.

– Грифф, – прошептала Полина, – вы не можете быть один: каждому кто-нибудь нужен.

Раздраженно, рывком, он поднял лиф ее платья, прикрыв грудь, и, отступив на шаг, резко, зло едва ли не выкрикнул:

– Вы не понимаете! Вся моя жизнь – это бесконечная череда «кого-нибудь».

Что мне точно не нужно, так это очередная «кто-нибудь». И чего мне меньше всего хочется, так это слышать в комнате, набитой жалкими невзрачными барышнями: «Ты должен жениться, Халфорд. Это твой долг. Так выбери кого-нибудь».

Она отшатнулась словно от пощечины.

– Нет, вы правы. – Полина торопливо пошла по дорожке. – Я та самая невзрачная девушка. Какой кошмар! Разумеется, ничего из этого не могло получиться.

– Полина, подождите.

Она развернулась и побежала на свет, к людям, оставив его в полутемных зарослях. На площадке у павильона уже собралась толпа. Люди, задрав головы, любовались фейерверком. Полина остановилась, чтобы отдышаться. Вокруг нее все смеялись и радовались, только ей было не до смеха.

Какой-то мужчина, которого Полина даже не разглядела, налетел на нее со всего маху. Прежняя Полина дала бы ему локтем под дых, но сейчас у нее на это уже не хватало духу.

Вместо того чтобы дать ему сдачи, она развернулась, чтобы оказаться к нему лицом, и даже прикоснулась пальцами к горлу, чтобы показать, что она готова извиниться.

Мужчина исчез, а вместе с ним и колье.

Грифф поискал ее глазами и наконец увидел. Она успела убежать далеко, на дальний конец лужайки, и теперь их разделяла плотная толпа. Он узнал ее по платью: ярко-розовое, оно ритмично меняло цвет, переливалось под золотым свечением, льющимся с неба. Ему казалось, что он наблюдает за собственным сердцем, таинственным образом отделившимся от тела.

Затем он увидел мужчину, выскользнувшего из тени, и сердце его замерло.

Она его не услышала или просто не захотела обернуться. Он видел, как она замерла, схватившись за шею, а потом, подхватив юбки, сорвалась с места и умчалась в ночь.

Он услышал ее окрик:

– Стой! Стой, тебе говорят, вор проклятый!

Грифф побежал за ней, но ему приходилось лавировать в толпе и бежать быстрее не получалось.