Как и многим великим людям, Екатерине II были присущи суетная погоня за славой, пристрастие к лести и преувеличенным похвалам ее дарований и успехов. Опасного для души испытания «медными трубами» она явно не выдержала. Но все же эта неизбежная болезнь абсолютных властителей и многих великих людей в Екатерине долго уравновешивалась ее острой самоиронией, трезвым, как бы со стороны, взглядом на свою персону. В ее высказываниях о себе и окружающих людях и до сих пор слышны нотки неумирающего тонкого юмора, которым она с блеском владела.
Вероятно, если бы Екатерине довелось прочитать эту книгу в ее нестарые годы, она бы повеселилась над своим изображением и над простаками, которые все это пишут, издают и читают...
Наделенная невероятной властью, окруженная славой и искренним почитанием подданных, Екатерина в личной жизни оставалась несчастливой. Женщина страстная, чувственная, она, по ее же признанию, не могла жить без любви («Беда та, что сердце мое не хочет быть ни на час охотно без любви» — из «Чистосердечной исповеди» Потемкину).
Но ей не везло с партнерами. Без любви началась ее семейная жизнь, урывками она встречалась с Салтыковым, человеком несерьезным и пустым, обстоятельства разлучили Екатерину с горячо любимым ею Понятовским. Потом казалось, что она наконец нашла счастье с Григорием Орловым. Это был настоящий мужчина, рыцарь, сильный, смелый, самоотверженный, к тому же добрый и щедрый. Но, баловень судьбы, Орлов так и не стал ни великим государственным деятелем, ни полководцем, а остался, как во времена своего капитанства, кутилой, бузотером и бабником.
Одиннадцать лет они прожили под одной крышей. Екатерина любила Орлова, в 1763 году она почти согласилась выйти за него замуж, но в последний момент опасения, что этот брак может нанести ущерб ее власти, остановил императрицу. Она рожала от него детей — кроме известного графа Бобринского на свет появились два мальчика и девочка.
Поначалу Екатерина, воодушевленная идеями Просвещения, пыталась «вылепить», воспитать Орлова, дать ему образование.
Но то ли программа была неудачной, то ли детина был уж слишком туп, но «педагогика сердца» оказалась бессильной. Важно другое. Екатерина упорно трудилась («Я работаю как лошадь» — рефрен ее писем Гримму), стала искусным политиком, знающим правителем, и все эти годы за ее спиной на канапе храпел пьяный артиллерийский капитан, вернувшийся из кабака после очередной дружеской попойки. И в 1773 году Екатерина решила с ним расстаться.
