По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Гомункул со стремительным ускорением делает выпад “V”-образным лезвием, торчащим из его предплечья, но я плавным движением слегка покачиваюсь вправо и пропускаю клинок рядом с шеей, а затем молниеносным движением хватаю его кулак своей дриариловой ладонью, резко выворачиваю и подпрыгиваю с сальто назад, рассекая острием хвоста лицо лжеказначея до самых костей.

По залу эхом разносится злобный крик, и Мыфан с бешеным оскалом выпячивает вперёд свой толстый живот, который в это же мгновение разрывается, выпуская из своего нутра десятки манипуляторов с длиннейшими, зловеще сверкающими иглами, лезвиями, крюками, вращающимися пилами и наполненными какой-то жижей жуткими шприцами.

И едва я приземлился, это гомункулярное чудовище атаковало меня со всей своей безумной яростью. И, несмотря на всю мою недюжинную ловкость, он раз за разом находил бреши в моей обороне и драконья чешуя разрывалась под острейшей сталью, оставляя кровь на зазубренных лезвиях.

Две хищно блеснувших иглы ринулись к моим глазам, но я молниеносно присел и в то же мгновение мышцы ног затрещали от хлынувшей в них пустарной энергии.

От силы ускорения под ступнями в крошево разлетелись мраморные плиты, и уже в следующий миг я в полёте вонзаю обе руки Мыфану в грудь, железной хваткой сжимаю пальцами металлические рёбра и переворачиваюсь через себя, со всей дравэринской мощи швыряя многотонное тело Владыки Гомункулов через весь зал. Оторвавшегося от земли казначея перекручивает в воздухе и он со всего маху впечатывается в стену.

Вылетают разломанные камни, во все стороны змеятся трещины, и тяжелая туша казначея с железным дребезгом валится на пол, но он тут же вновь с упорством поднимается на ноги. Но едва он вскидывает голову, как видит перед собой стремительно летящего на него лимрака.

Миг — и я в полёте наношу удар ногой с полного разворота, щедро сдабривая его дравэринской силой. Чешуйчатая лапа подобно тарану врезается в голову Мыфана и он отлетает на несколько метров, снося по пути половину стоящих у стола стульев.

Но ловкий казначей переворачивается в падении и вонзает острия лап в пол, тормозя и резко останавливаясь.

Не дожидаясь, когда он придёт в себя, я делаю стремительный зигзаговый прыжок сначала на стену, отталкиваясь от неё правой ногой, затем на стол и вновь взмываю ввысь с оттянутой для удара левой рукой.