По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

А затем Сидиус исчезает в нахлынувшем на него бешеном потоке шипастых ветвей, который играючи отрывает его от земли, изо всех сил сжимает, с хрустом ломая все кости, и с мощью обрушивает вниз, вминая в продавливаемый от удара пол, во все стороны от которого разлетаются обломки мрамора.

Из моей груди рвётся наружу протяжный, оглушительный рёв, и я одним слитным движением оказываюсь на ногах и стремительно срываюсь с места.

Слух прорезает свист вспарываемого пространства и в мою вытянутую ладонь влетает рукоять пронёсшейся через весь тронный зал Вайнории.

А в следующий удар сердца я с молниеносным переворотом в воздухе перерубаю копошащееся щупальце, впившееся в Сидиуса. По барабанным перепонкам бьёт яростный вопль Кальмуары, из взметнувшегося комка корней хлещет зелёная кровь, и я приземляюсь на землю рядом с телом искалеченного друга.

Сквозь переплетения дрожащих в агонии гибких веток я вижу смотрящий прямо на меня глаз всё ещё живого старого мечника, покрытый сеткой лопнувших сосудов, и его кривящиеся губы с кровавым вздохом выплёвывают пропитанные всепожирающей ненавистью слова:

Моё лицо искажается в ужасающем оскале, и я оборачиваюсь к Кальмуаре, исподлобья смотря на эту лядскую тварь.

Несколько кратких мгновений мы не отрываем друг от друга глаз, а затем я вскидываю Вайнорию и с направленного в грудь гадине острия срывается луч бушующего чёрного пламени, которое разбивается о сплетённые воедино четыре ветвяных щупальца пастухары. Подбросив меч с бьющим из его лезвия огнём, я бегу вперёд и совершаю Прыжок Дравэрина, трансформируясь прямо в воздухе: лапы, шея, хвост и морда стремительно вытягиваются, позвоночник удлиняется, кости с хрустом видоизменяются. Миг — и сквозь клубы взметнувшегося огня выскакивает чёрная виверна Дэйра, которая с разворота в воздухе со всей мощи бьёт хвостом.

Соединившиеся в корневой щит щупальца Пастыря с оглушительным треском разламываются от столкновения с моим шипастым, объятым синими пустарными разрядами хвостом, который продолжает свой путь и с чудовищной силой врезается в грудь Кальмуары.

Покачнувшаяся от страшного удара потрясённая тварь делает несколько шагов назад, но удерживается на ногах. Не давая ей времени опомниться, я, едва рухнув на землю, тут же отталкиваюсь всеми лапами и в молниеносном рывке вгрызаюсь острыми клыками прямо ей в глотку. Возопившая Кальмуара врезается спиной в стену, её зелёная кровь хлещет в мою пасть, а зубы всё глубже и глубже погружаются в пульсирующую плоть.