Я приготовлю что-нибудь?
Сначала Котовский хочет отказаться, но потом понимает, что ему вот так сейчас не хочется отпускать Машу. Хочется ещё хотя бы немного понаблюдать за ней в его доме, но не в игровой. Ему самому странно от этого, но и интересно.
– Если только не спешишь и тебя это не напряжёт, – улыбается.
– Конечно, нет, – Карташова тоже улыбается, но немного смущённо. – Пойдём посмотрим, что там есть у тебя.
Они спускаются вместе на кухню. Маша распускает пучок, перехватывает волосы, пригладив их, и снова затягивает в хвост той самой резинкой, что Игорь дал ей вчера в игровой.
Девушка открывает холодильник и некоторое время сосредоточенно изучает содержимое.
– И это ты ругал меня, что я не питаюсь нормально? – выгибает бровь и смотрит на Котовского, которые примостился у барной стойки на высоком стуле и наблюдает за девушкой.
– Я ем в клубе в основном, – пожимает плечами. – Но в морозильной камере внизу есть продукты, просто готовить некогда.
После исследования содержимого морозильного отсека холодильника Маша извлекает оттуда нужные ей пакеты и начинает готовить.
Уже минут через десять пахнуть начинает очень вкусно. Игорь же наблюдает за каждым её движением: как чистит овощи, как стучит ножом, мелко нарезая их, помешивает что-то в сковороде. Её пальцы всё делают умело и проворно, движения точные и выверенные, такие же, как и вчера, когда она готовила лекарство для Милы и делала укол.
Котовский размышляет над тем, что жизнь у его Стрекозы могла быть совсем иной. Она умная, довольно покладистая, если не жестить с ней, быстро учится.
Наверное, могла бы быть отличным медработником или поваром. Она трудолюбивая и исполнительная. Маша во многом изменилась, да.
Игорь вздрагивает, когда она негромко сдавленно ойкает, порезавшись ножом, и прижимает указательный палец к губам.
– Покажи, – он спрыгивает со стула и протягивает ладонь.
– Порядок, Игорь, – отмахивается девушка, но выгнутая бровь в ответ на отказ заставляет её пересмотреть решение.
Маша протягивает руку, позволяя Игорю раскрыть её ладонь, чуть задерживает дыхание, когда он проводит пальцами по её.
Ранка и правда пустяковая, даже крови нет, но прикосновение настолько чувствительное, что кажется, будто в самом воздухе начинает появляться электричество.
– Мясо сейчас пригорит, – голос Карташовой звучит глуше обычного.
– А ты кто такая?
Игорь отпускает Машину руку, и они оба оборачиваются.
В дверях кухни стоит маленькое растрёпанное чудо и подозрительно смотрит на Машу.
