Под покровом ночи

Черт возьми, он любит ее и не готов к ее уходу.

— Поговорить? Ну, к этому мы еще вернемся, — спокойно произнес он, — но сначала я хочу знать, что, черт возьми, вы сделали с Роанной?

Люсинда долго сидела молча, и вопрос Уэбба повис в воздухе.

Она смотрела в окно на залитую солнцем лужайку с редкими тенями от облаков. Земля Давенпортов. Ей всегда нравилось смотреть на этот пейзаж за окном, но теперь, когда жизнь подходила к концу, не стоило тратить на это время.

— Я сначала не заметила, — наконец сказала она, а ее взгляд все еще был где-то далеко.

— Ушла в себя? — резко спросил он.

— В ней как будто что-то сломалось, — сказала Люсинда, и ее подбородок задрожал. — Я всегда уделяла Джесси больше внимания и любви, а ведь Роанна тоже нуждалась в этом, может быть, еще больше, хотя никогда ничего не требовала, как Джесси. Не правда ли странно? Я любила Джесси с рождения, но она никогда не была мне опорой, как теперь Роанна.

— Что значит — как будто что-то сломалось?

— Она стала ко всему безразлична, совсем перестала есть. Девочка и до этого не отличалась аппетитом, так что я долгое время ничего не замечала, слишком долгое время… В доме все разладилось, никто не собирался в привычные часы к столу, и трудно было проследить, когда она ест. Роанна много времени проводила в своей комнате… Ты знаешь, ведь она до сих пор во всем обвиняет себя.

— Почему? — спросил Уэбб.

— Несколько лет назад она все-таки рассказала мне, что произошло на кухне. Повинуясь случайному импульсу, она тогда поцеловала тебя. Конечно, не задумываясь о том, что именно в этот момент Джесси может войти в кухню. Дальше все очень просто: если бы она не поцеловала тебя, ты не поссорился бы с Джесси, тебя бы не обвинили в ее смерти и не было бы всего остального. Она всегда так тебя любила… Мы смеялись над ней, когда она — маленькой — бегала за тобой, как щенок.

Он вспомнил ее беззащитность, открытость — по ее лицу всегда можно было понять, что она чувствует, — и абсолютное доверие к нему. Казалось, он, со своими взрослыми проблемами и обязанностями, мало обращал на нее внимания. На самом деле она была для него как воздух, который воспринимаешь как нечто само собой разумеющееся, но остро реагируешь на его нехватку.