Подаренная ему

Выглядел Алекс так, что на её месте перечить ему я бы тоже не стала. Вот и девица, не сказав больше ни слова, поспешила убраться от греха подальше. Стоило ей выйти, Алекс перехватил дверь и рявкнул:

– Если кто-то сюда сунется, голову оторву.

Захлопнув дверь, он обернулся ко мне.

Я прошла вглубь комнаты и, остановившись возле разложенных на чёрном бархате серёг, посмотрела на Алекса.

– По-моему, ты её напугал.

Он приблизился ко мне и без особого интереса окинул взглядом украшения. Положил ладони мне на плечи и стал мягко массировать.

– Не люблю пугливых.

Взяв одну пару, я положила её себе на ладонь и слегка выгнула пальцы, чтобы свет заиграл на камнях. Вздохнула и вернула серьги на место. Большие пальцы Алекса через ткань обрисовали мои лопатки, я ощутила, как он подошёл ближе, практически вплотную. Слегка потянув за волосы, он заставил меня склонить голову и прошёлся языком по шее – от самого ворота рубашки до уха. Шумно втянул воздух носом.

– Я соскучился по твоему запаху.

Поддев мочку носом, он выдохнул, и я услышала что-то схожее то ли со звериным рыком, то ли с урчанием. Горячие ладони соскользнули с моих плеч к пуговицам рубашки. Первая… вторая… Расстегнув до конца, он развернул меня к себе лицом. Приподнял голову за подбородок, посмотрел в глаза, а потом, отпустив, коснулся ключиц.

– Чего-то тут не хватает, – сдавленно проговорил он, не отводя взгляда.

Зрачки его расширились, радужка напоминала пронзённое разрядами серебристых молний грозовое небо.

По рукам вновь побежали мурашки. Столько раз на меня смотрели мужчины. Столько раз… По-всякому: с похотью, с высокомерием, с предвкушением, но чтобы так… Этот взгляд пугал меня, потому что я падала в это небо, меня затягивало бушующей в его глазах бурей, и сопротивляться становилось всё труднее и труднее. Он ломал любые мои попытки. Не убежать, не спрятаться. Разве что он сам разрешит, вот только я не сомневалась – этого мне не дождаться.

Убрав руку, он отошёл к витрине, находящейся в дальнем углу комнаты.

Рубашка моя так и осталась распахнутой, груди касался охлаждённый кондиционером воздух. И что это значит? Что он опять придумал?

Сжав пальцами полы, заметила, как Алекс набирает на панели код. Не отличающаяся особым любопытством, всё же не сдержалась и подошла к нему. Под стеклом лежали роскошные гарнитуры… Настолько роскошные, что я даже не нашлась, что сказать. Никогда подобного не видела.