Подаренная ему

 – Ещё как сошёл…

Я надрывисто выдохнула. Ощутила прикосновение рук к голым бёдрам и, забывшись, вновь оперлась о витрину. Проклятые кольца… Наши взгляды встретились, и у меня едва не закружилась голова. Пряный, пьянящий взгляд проникал в самое моё нутро, возвращая к жизни ту меня, что когда-то умерла, ещё даже не начав жить. Вот только пробуждение это не сулило мне ничего хорошего.

– Алекс, не надо… – взмолилась я, когда он, стащил рубашку с моих плеч до локтей и принялся целовать шею. Я чувствовала его дыхание, мягкие покусывания, влажный язык, и меня захлёстывало паникой.

Легинсы мои опустились едва ли не до щиколоток, пальцы его устремились вслед – по моим ногам, по икрам, и я зашептала ещё отчаяннее: – Я не хочу чувствовать… Алекс, пожалуйста…

– Почему? – посмотрев на меня, спросил он.

– Потому что… – дрожащим голосом выдавила я, – потому что ничего хорошего не будет. И когда ты наиграешься…

– А если я не наиграюсь? – разведя мои ноги, Алекс встал между ними и упёрся ладонями по обе стороны от бёдер.

 – Честно тебе скажу, Стэлла, меня ни одна женщина не заводила так, как ты. Что-то есть в тебе такое…

– И что же? – стараясь не отклоняться от него, поинтересовалась я.

– Да чёрт знает, – сквозь зубы процедил он так, будто бы выругался, и обхватил мою грудь. Губы его прошлись по моей скуле, по подбородку, и впечатались в рот. Одна ладонь переместилась на затылок.

Жадно целуя, Алекс сгрёб мои волосы, разжал кулак и пропустил пряди между пальцами. В груди его опять возникло нечто напоминающее урчание, язык ворвался в мой рот.

Закрыв глаза, я чуть откинула голову назад и сильнее ощутила нажим пальцев. Алекс склонился ко мне и принялся целовать так голодно, что у меня перехватило дыхание. На нём всё ещё были джинсы, но это не мешало мне чувствовать его возбуждение и нетерпение. Не понимая, что делаю, я потянулась к нему и тронула щёку, провела по щетине.

– Колючий, – выдохнула я, когда он на пару секунд прервал поцелуй.

Он снова подхватил мою нижнюю губу. Втянул в рот и провёл языком.

Сделал шаг назад и, глядя на меня, принялся расстёгивать ремень на джинсах.

Я ощутила странное покалывание в пальцах и нервно сжала первое, что попалось под руку. Чёрный бархат… Несколько колец со звоном упали на пол, и я уставилась на них, не зная, что делать дальше. Алекс пнул одно, что было к нему ближе всего, мыском ботинка и, оказавшись рядом, буквально впечатал меня в себя. Его руки были везде: на моей пояснице, на спине, на плечах.