— Почему ты раньше мне об этом не рассказал? — я округлила глаза. — Когда твой отец сказал тебе об этом?
— Только что.
— И ты такой спокойный? — я удивилась. Адриано Медичи сделал то, что для него было нонсенсом. Позволил своему сыну быть с нечистокровной. Для меня эта новость была невероятной и в тот же момент такой радостной.
Винченсо на это ничего не ответил. Но оторвал взгляд от экрана планшета и посмотрел на меня.
В этот момент я еще не понимала, что мысли Винченсо значительно отличались от моих. Я только недавно приняла свои чувства, а у него они были уже давно.
И он уже давно перешагнул черту, которая не позволяла нам быть вместе. Предлагал мне стать женой до того, как в этих запретах появился хоть какой-то просвет. Знал, что мы будем вместе. Не его отец позволит, значит сам Винченсо этого добьется.
Но мне все же немного не хватало близости. Этот момент был для меня очень значим и мне хотелось в полной мере ощутить, что Винченсо теперь мой. Поэтому, когда Медичи сел в кресло, я сползла с кровати и поплелась к нему, после чего умостилась к нему на колени, спиной прижимаясь к крепкому торсу.
Еще и поерзала немного, пытаясь сесть поудобнее. Имею право! Мой парень! Моя злобная Громадина!
— Что ты делаешь? — спросил Винченсо убирая планшет. Будто не хотел, чтобы я увидела то, что там было. Но я все же успела скользнуть взглядом по экрану. Увидела там текст, похожий на досье и две фотографии одного и того же мужчины. На одной он был снят тайно. Просто где-то на улице. На второй он мертвый лежал в грязи.
При этом, с изрезанной кожей, вырезанными глазами и без губ. Так вот на что смотрел Винченсо с таким безразличным выражением лица.
У меня нервы натянулись и дыхание сбилось. Страшное зрелище. На мгновение стало жутковато, что в отличие от меня для Винченсо это было чем-то обыденным, но уже вскоре я отогнала эти мысли в сторону. Знала, кем являлся Медичи и, раз хотела быть с ним, должна быть готовой принять даже эту его жуткую, для многих неминуемо пугающую сторону.
Поэтому сделала вид, что не заметила того, что было на экране планшета и просто продолжила моститься на коленях у Винченсо.
— Хочу посидеть на коленях у своего парня, — сказала. Хотела поднять голову и посмотреть Винченсо в лицо, но знала, что лучше этого не делать. Голова опять могла очень сильно заболеть.
Наконец-то удобно умостилась и ощутила, как по коже побежали приятные мурашки, когда Винченсо по-собственнически положил ладонь мне на ногу около бедра.
