— Я…
— Идите! Они скоро пристреляются, тогда всем мало не покажется! Ходу! — Я добавил в свой тон офицерского напора.
— Давайте, насчет раз-два-три, — сказал Алим, уставившись на лесок и схватив Ихаба за одежду.
— И… Раз-два-три!
Канджиев вскочил, потянул за собой старика. Вместе они неловко побежали через КСП. Алим поддерживал выбившегося из сил Ихаба, даже чуть было не упал вместе с ним, когда старого охотника подвели ноги.
Несколько мгновений я ожидал, что сейчас по ним откроют огонь. С придыханием смотрел в спины уходящих, надеясь, что обоих минует снайперская пуля.
Когда спустя несколько секунд, по ним не открыли даже автоматного огня, я приподнял бровь от недоумения.
Алим с Ихабом скрылись в кустах можжевельника. Оттуда тотчас крикнул Стас:
— Саня! Давай!
Я глянул на сына Ихаба, лежавшего все это время без чувств. Потом подлез к нему, встал на колено и схватил за лохмотья. Напрягшись, втащил его себе на плечо и поднялся. Глянул за Пяндж.
— Сашка! Сашка, ты чего⁈ Сдурел⁈ — Закричали мне ребята.
— Двигай быстрее! Снимут же! Снимут!"
"Я обернулся и понес парня совершенно спокойно. Не стал даже ускорять шага. Все было очевидно: по Ихабу и его сыну духи не стреляли. По ним не работал снайпер. Слишком велика была вероятность их задеть, и духи явно этого не хотели. С каждым пройденным метром мои подозрения все крепли.
Беспрепятственно войдя в лес, где пограничники уже распределились по укрытиям: кто за деревом, кто за пнем или поваленным стволом, я медленно опустил парня на лесную подстилку.
Присел рядом. Ихаб тут же подлез к нему, взял в ладони впалые щеки сына, стал что-то шептать ему, касаясь лбом головы.
— Все видали? — Спросил Малюга холодно, — по Ихабу с его сынком не стреляли. Они с духами заодно!
Ихаб испуганно вжал голову в плечи. Сощурился и поджал губы от страха.
— Ихаб, это правда? — Мрачно спросил Алим.
— Правда-правда! Все ж видели, что ни по тебе, ни по Сашке не стреляли! Ветер сильный! Снайпер побоялся, что пулю сдует и она заденет своих же!
— Ихиб, что ты делал на той стороне? — спросил Стас.
Стас с Алимом были солдаты второго года службы и хорошо знали Ихаба. Даже дружили с ним. А вот Малюга и я — молодые. Мы плохо были знакомы со старым охотником.
Оттого я и видел такое замешательство в глазах Алейникова и Канджиева.
— Я должен был спасти своего сына, — твердо проговорил Ихаб. — Его убили бы.
— Спасти сына, а нас можно было и на убой? — Разозлился Малюга.
