Поиски утраченного завтра

– О, я говорил не о них, – возразил я.

Слаживающая задумчиво смотрела мне в глаза.

– Ты блефуешь, – сказала она наконец. – Хватит, Никита. Ты заигрался.

– И что же ты можешь сделать? – спросил я.

И обнаружил себя в хрустальной голубой мгле.

Конечно же, это был не хрусталь.

Кажущаяся бесконечной толща льда вокруг. Откуда-то сверху шел слабый, едва заметный свет.

Я был вморожен в гигантскую глыбу льда наподобие «Витрувианского человека» Да Винчи – голый, с раскинутыми в стороны руками и ногами.

Можно только пялиться перед собой (хорошо, что веки открыты) и медленно задыхаться.

Ах ты ж сука, Слаживающая.

Нет, спасибо, что не фотосфера звезды и не черная дыра… А почему, кстати?

Пожалуй, причина может быть лишь одна…

Я задохнулся и ожил. Мысленно грязно выругался.

Причина может быть лишь одна.

Слаживающая наблюдает. Выжидает. Смотрит, что произойдет. Сбросить ледяную глыбу в звезду, если она убедится, что я беспомощен, для нее не проблема.

Значит, я могу выйти. Как вышел из кипящего расплава.

Я снова умер и возродился.

Задергался, пытаясь расколоть лед вокруг.

Ну да, да, конечно же… напугал ежа голой задницей… Лед очень твердый, даже подводные лодки не пытались его расколоть, всплывая на полюсах для своего единственного залпа, а медленно выдавливали, поднимаясь по сантиметру в минуту…

Так что же – Слаживающая смогла нейтрализовать меня так просто и незатейливо? Я проведу тридцать лет в ледяном плену, задыхаясь и сходя с ума? И все намеки, и догадки Думающего, все мои планы – чушь? Нельзя бороться со сверхсуществом?

Вперед.

Я ведь тут сдохну, если не выйду!

Я просто сдохну, я застряну в своем вечном «вчера», я никогда не увижу Земли!

Холодная голубая стена передо мной вдруг разошлась ровной трещиной, уходящей вверх и вниз. Глубоко внизу плеснула темная волна. Высоко надо мной ослепительно вспыхнуло солнце.

Я жадно втянул в себя воздух. Вот удивительно, еда и вода мне практически не нужны, а без воздуха я задыхаюсь… Воздух был холодным, чистым и пах морем.

Так… хорошо бы не упасть вниз.

Наверное, я смогу выбраться под водой или по дну. Но это превратится в очень долгое путешествие.

Щель под моими ногами расходилась все больше, будто приглашая сдвинуть ноги и упасть в глубину. Я ударил кулаком по ледяной стене, и та пошла сетью мелких трещин. Град осколков пронесся мимо меня вниз, распарывая кожу и заполняя провал ледяным крошевом. А узкая трещина вверх превратилась в пологий неровный склон.