Поиски утраченного завтра

Исторически каждый новый вид получал право на создание анклава внутри города, некоторые предпочитали жить там, среди своих, другие быстрее преуспевали в Слаживании и расселялись на общей территории. Сеть движущихся дорог и скоростного метро сшивает все пространство Пунди в единое целое, метро тут реально скоростное, с очень сложной системой разграничения ближних и дальних поездов. Но все-таки до центра я ехал почти час и успел проголодаться.

Я не знаю, обязательно ли мне есть. Однажды пришлось просидеть без пищи и воды почти три недели.

Я был очень зол, очень голоден, но почти не исхудал.

Наверное, какой-то предел голодания есть и у меня. В конце концов, законы мироздания можно очень хитро исказить и запутать, но до конца от них не уйти. Рано или поздно наступит расплата.

Да и вообще я люблю поесть.

Здесь, в центральном квартале, который был размером не меньше старой Москвы в пределах МКАДа, на видовые отличия мало смотрели. Здесь работали те разумные, что пробыли в Слаживании куда дольше нас или хро.

Кто совершенно не заморачивался не то, что по поводу цвета кожи или количества глаз, но кого и щупальца с чешуей не смущали. Те, кто был красой и гордостью Слаживания.

Впрочем, рили, люди, хро и хопперы здесь тоже встречались. Были даже муссы, которые выглядели вполне цивилизованными!

Я шел по улице, выглядевшей, как мечта фантаста о прекрасном далеком будущем. Тут было все, что когда-то придумывало человечество: движущиеся дороги и тротуары, дома большие и маленькие; сверкающие башни из стекла и металла удивительно гармонично соседствовали со строениями из камня и дерева.

Повсюду маленькие скверы с зелеными, фиолетовыми, розовыми и оранжевыми деревьями и кустами. Газоны, похожие на мозаичные картины из цветов и трав. Машины, скользящие по дорогам, пешеходы на левитирующих дисках и досках, порхающие в воздухе на невидимых крыльях силовых полей, грузовые и служебные дроны. Здесь было все самое лучшее и красивое из всех миров Слаживания, жили и работали здесь тоже самые лучшие, умные и благородные.

Ненавижу этот район. Витрины всегда врут.

Но кормят здесь хорошо.

Телефон запиликал в кармане, я достал его и поднес к уху.

– Никита, – сказал Тонсо. – Ты еще в нашем районе?

– В центре. Решил никого не напрягать, обедая у хро.

Тонсо одобрительно хрюкнул в трубку.

– Правильно. Ты уже решил, где будешь?

Тут я увидел высоченную башню с названием, которое для меня звучало как «Вавилон», и понял, что подсознательно искал именно ее.