Полет над гнездом индюшки

На этом боевой задор девиц иссяк, они испытали угрызения совести, попросили друг у друга прощения и стали соображать, как добыть несчастную Софи, застрявшую в ветвях. Но так до сих пор ничего не придумали, и кукла продолжает болтаться на дереве.

– Лизка, наверное, увидела ее, – плакала Маня, – потянулась, маленькая ведь совсем, глупая, не поняла, что к чему, и полетела вниз.

Я почувствовала, как на меня накатывает дикая злоба, не хватало только, чтобы Маруська жила теперь с грузом вины.

– Милая, ты ни при чем! Это просто случайность!

Маня покачала головой и пошла к двери.

На пороге она остановилась и горестно сказала:

– Никогда, никогда не прощу себе! Не брось я тогда Софи за окно, Лизочка сейчас была бы жива!

– Послушай, Барби тут ни при чем! Лизу выманил убийца при помощи Сары Ли. Привязал куклу к палке и качал…

– Мусик, – тихо сказала Машка, – спасибо тебе, конечно, но мне не десять лет. В моем возрасте уже надо отвечать за свои поступки! Мало того, что я оставила куклу в ветвях, так еще и задрыхла в неурочное время! Не засни я, как сурок, может, и остановила бы Лизу.

– Между прочим, Аля тоже участвовала в ссоре, и она заснула одновременно с тобой! А теперь скажи, Аля так же переживает?

– Она это она, а я это я, – возразила Машка, – но, если хочешь знать, Алька убивается и плачет.

– Детка, убийца специально подсыпал вам в пирожные снотворное. Хотел нейтрализовать тех, кто может помешать. Ведь вы скорей всего не оставили бы Лизу в одиночестве?"

"– Нет, – ответила Маня, – но она очень долго была с мамой на поминках.

Потом пришла, поднялась наверх, мы уже решили к ней пойти, но хотели фильм досмотреть, совсем чуть-чуть осталось. Аля притащила из кухни пирожные, три штуки. Две для нас, а третье мы хотели Лизе предложить, но заснули. Значит, ты считаешь, что кто-то купил корзиночки…

– Их привезла я…

– Ты?!

– Ну да, зарулила в кондитерскую и взяла свои любимые, поставила в холодильник.

– Вот видишь, муся, – вздохнула Маня, – снотворное тут ни при чем, никакого злого умысла не было, никто нас с Алькой не хотел усыплять.

– Снотворное насыпали потом! Сама же говорила, крем горчил!

– Так жара стоит, наверное, он просто испортился.

Я попыталась продолжить возражения, но Машка выскользнула за дверь. Пару секунд я сидела, не зная, что предпринять, но потом подскочила и заметалась по комнате. Надо действовать как можно быстрей.