Полночный соблазн

 – Но Дженевив должна знать, что я никогда бы не причинил вред ее семье.

– Мисс Барретт должна это знать? – изумился Джозеф, внезапно проявляя интерес.

Он слышал лишь краткую версию приключений Ричарда в Литтл-Деррике.

– Прелестно, – пробормотал Кэмерон, едва заметно улыбаясь. – Ты хочешь сказать, она узнала в тебе того первого вора? Или поняла, что ты не тот, за кого себя выдаешь?

– Это вряд ли, – покачал головой Ричард. – Если бы это было так, она не замедлила бы бросить мне обвинения в лицо.

– А может, все гораздо проще? – предположил Кэмерон.

 – Ты липнешь к ней с мужским интересом, а ведь она была добродетельна и чиста. Твое общество смущает и нервирует ее. Отсюда и враждебность.

– Что значит «была добродетельна и чиста»? – возмутился Ричард. – Она и сейчас чиста!

– Вот и славно, – обрадовался Кэмерон. – Я, признаться, опасался, что ты разрушишь репутацию девушки из маленького городка.

Ричард смутился, как школьник перед отчитывающим его учителем. Кэмерон всегда поступал по совести.

Да, он не был монахом, но в своих приключениях, в отличие от Ричарда, никогда не задевал чужую честь, предпочитая интрижки с молодыми вдовами. Но Хармзуорт мог биться об заклад, что его друг никогда не желал ни одну женщину так сильно, как он вожделел Дженевив.

– Я не уловил главного, – вмешался Джозеф. – Подвеска украдена или нет?

Сам Холбрук сторонился высшего света и жил довольно уединенно, однако был сведущ в финансах и делал отличные вложения. Даже несмотря на то что Джозеф был незаконнорожденным, его состояние было весьма велико.

Он был скорее предпринимателем, чем аристократом, и это устраивало его любимую супругу.

Ричард пожал плечами.

– Дженевив мне не сказала. Вчера после возвращения мы не перемолвились и словом! Но судя по отсутствию паники, драгоценность в безопасном месте. Девушка обставила негодяев. У нее отлично развита логика, полагаю, она нашла прекрасный тайник для подвески Хармзуортов.

– Ого! – Джозеф рассмеялся. – Впервые слышу, как ты хвалишь женский ум.

Ричард вздохнул. Подначки друзей начали его раздражать.

Внезапно Кэмерон поднялся, прошел к бару и налил себе еще бренди.

– Тебе не кажется, что пора все рассказать? – спросил он.

Кэмерон в упор смотрел на него.

– Вся твоя авантюра была одной большой ошибкой. Ты так зациклился на этой подвеске, как будто от нее зависит твоя жизнь. Ты – это ты, какой есть. Заполучи ты подвеску, ты не перестанешь быть ублюдком, чтобы ты ни думал по этому поводу.