Полночный соблазн

С трудом, опираясь на ее плечо, он спустился по ступенькам и вытянулся на камне. Было видно, что он совсем слаб. Сердце Дженевив билось тревожно. Как бы она хотела облегчить его страдания, но это было не в ее силах.

Ричард прислонился щекой к ее колену и тут же забылся тяжелым сном.

Он понятия не имел, как долго спал, но проснулся в кромешной тьме. Половина тела онемела от холода, а раненая рука пульсировала, словно внутри бил барабан. Его щека прижималась к теплым ногам любимой женщины, и это искупало все остальное.

– Все будет хорошо, – бормотала Дженевив.

В памяти Ричарда всплыли яркие картинки: Фэрбродер с пистолетом и веревкой в руке, поскуливающий Сириус, гадкая ухмылка Гринграса, черное отверстие в стене…

– Свеча догорела? – хрипловато спросил Ричард, повозившись, чтобы размять затекшие конечности.

– Я затушила ее из экономии. Правда, у меня есть вторая, но лучше и эту поберечь.

Дженевив немного сдвинулась, поскольку ее ноги тоже затекли, – и руку Ричарда пронзила резкая боль.

– Это разумно, – удалось ему сказать.

– Как ты себя чувствуешь?

Ричард осторожно сел, ощупал камни здоровой рукой и прижался спиной к стене позади.

– Лучше, чем можно было ожидать. – Это было правдой, поскольку отдых немного восстановил его силы. – Видимо, сон на твоих коленях целебный.

– Жаль, что мои ладони не способны сдвигать каменные глыбы, – мрачно откликнулась Дженевив.

– Какое-то время возился возле нас, зализывал раны.

– Он не заблудится, даже если нашел путь в подземелье. Кроме того, у собак прекрасный нюх.

Они посидели молча, изнывая от невозможности сделать хотя бы что-нибудь.

Дженевив зажгла огарок свечи.

– Давай осмотрим стену, вдруг где-то можно расшатать камни.

– Ты видела надгробье, которое лежало возле часовни? Он сначала перекрыл выход и лишь потом завалил камнями. Фэрбродер – гадкий тип, но точно не глупец. Он замуровал нас так, что изнутри разобрать завал невозможно.

Дженевив поникла головой, и Ричард схватил ее за руку, жалея, что говорил так мрачно.

– Позволь прикасаться к тебе, милая.

Хмурые морщинки на ее лбу разгладились.

– Прекрасная мысль. Чем еще заняться среди скелетов и призраков? – Она внезапно лукаво улыбнулась. – Это грохочут кости или стучит мое взволнованное сердце?

Ричард тихо рассмеялся. Он уважал ту храбрость, с которой держалась его любимая.