Помещик. Том 1. Сирота

За принуждение к ябеде должников по четыре рубля за каждого должника, что сказал свое слово. За покушение на душегубство из имущества Петра в казну надлежит выплатить два рубля. За лай уплатить рубль в казну. Андрейке же приказываю передать саблю покойного, дабы возместить все долги перед ним. Ту самую добрую саблю, которой Петр гордился.

— Боже… — ахнула Евдокия.

— За татьбу же, учиненную супротив своих, вдова и дочь покойного Петра лишаются доли в поместье, что полагалась на дожитие.

— Не губи! — взмолилась она, падая на колени.

— Я все сказал! — сурово сдвинув брови, прогудел воевода.

— Ты! — не сдержав эмоции прокричала Евдокия, указав перстом на Андрейку. — Ты! Из — за… — хотела она что — то еще сказать, но один из мужчин, что стоял рядом с ней, повернулся и врезал ей оплеуху.

— Брат, ты чего? — ошалело спросила Евдокия.

— Тебе мало? Хочешь еще?

И брат Евдокии еще раз дал ей оплеуху.

— Спиридон, — произнес воевода, — уводи ее домой от греха подальше. А потом заходи, потолкуем.

Андрейка же подошел к Афанасию.

Хотел было уже что — то сказать, но тот мягко улыбнулся и едва заметно покачал головой. После чего развернулся и пошел в храм, поманив парня за собой.

— Расскажи отцу Геннадию, как ты удумал эту лампу, — произнес настоятель, когда они укрылись от толпы за деревянными стенами.

— Как — то я заметил, что листья, слетающие с деревьев, иной раз, пролетая над костром, устремляются вверх. Меня это сильно заинтересовало. Ведь как так? Все падает на землю, а они взлетают вверх.

Я начал специально их кидать и наблюдать. И это оказалось не случайность. Получалось, что воздух, когда нагревался, устремлялся вверх. Но что приходило на его место? Я предположил, что другой воздух. Ведь если черпнуть воды из речки, то река тут же смыкается, заполняя пустоты.

— А как связаны река и воздух? — без тени юродства поинтересовался отец Геннадий.

— Не ведаю. Но мне показалось, что воздух — это что — то похожее на воду, только намного легче и… жиже что ли. Ведь если воду кипятить, то она выкипает, уходя вверх паром.

— Любопытно, — кивнул священник. — Продолжай.

— И тогда я подумал, что если дуть на огонь больше, то он и разгорится ярче. А вокруг огонька горячо. Вокруг огонька, стало бы, должно не хватать воздуха, который постоянно убегает наверх. Но откуда приходит другой? С боков. Но по мере приближения он также нагревается и опять — таки убегает вверх. Из чего я сделал вывод — огонек задыхается, оттого и горит так слабо.