Помещик. Том 1. Сирота

Дабы, как и отец его, быть готовым достойно встретить супостата и, ежели на то пошло, то честно сложить голову за веру, царя и отечество.

Формула, которую произнес Андрейка ОЧЕНЬ понравилась Афанасию, да и вообще всему духовенству, что слышали ее. Так что священник эту формулу с огромной охотой стал повторять.

— Как вам всем известно, он не стал тайно продавать дорогую краску, что на черный день держал в тайнике отец его. Ведь черный день настал для всех нас. И он поделился ей с городом, поддержав людей после страшного разорения татарского.

Оставив себе всего ничего. Крохи, которых едва достаточно для прохождения верстания нынешним летом.

— Откуда она у него? — раздался голос Евдокии, супруги Петра, что также присутствовала тут и ждала решения воеводы. Ведь не только судьбу Андрейки решали, но и ее.

— Но и это еще не все, — проигнорировав выкрик женщины, продолжил Афанасий. — Молясь темными зимними вечерами у маленькой лампадки отрок Андрей, не иначе по Божьему провидению, сумел придумать, как сделать эту лампадку ярче.

И лампу эту, не имея за душой алчности или тщеславия, передал Матери — церкви, дабы она смогла ей распорядиться. Безвозмездно. А она, оставаясь все той же лампадкой, горит ярче пяти, а то и семи свечей. Отец Геннадий, — махнул священник в сторону седовласого мужчины в годах с удивительно ясным взглядом ярко голубых глаз, — прибывший сюда специально из Москвы, обследовал лампу. И не нашел в ней ни бесовского, ни ведовского зерна. А значит сие дело великое от Господа нашего Иисуса Христа.

По толпе прокатился шепоток.

— Митрополит и вся церковь Православная, — меж тем продолжал отец Афанасий, — видя самоотверженность и духовное сподвижничество отрока, посчитали нужным не оставлять его наедине с бедами. И считает должны подарить ему шесть меринов под седлами и прочей сбруей.

— НО ОН УБИЛ ЧЕЛОВЕКА! — истошно взвизгнула Евдокия.

Афанасий сделал жест рукой и вперед вышел один из огненников.

— Я диакон Амвросий. — громко и достаточно грозно произнес он. Что в немалой степени произвело впечатление, потому как этот клирик был в воинском облачении, давая всем понять предельно ясно — кто он такой на самом деле.

 — И я свидетельствую, что поместный дворянин Петр по прозвищу Глаз, принуждая своих должников, пытался ограбить отрока Андрея и избить, а после упорства юного воина пожелал его убить, в назидание иным должникам. Сие все произошло на моих глазах. В чем я крест целую.

Произнес и, достав тельный крест, прилюдно поцеловал.