У него острые зубы и жуть какие изогнутые когти на руках.
Дверь в склеп приоткрыта.
Успею ли я через неё сбежать?
Позвать на помощь… С ужасом осознаю, что бумажка для экстренного вызова валяется под ногами Санаду. Похоже, я её выронила, когда взбиралась на статую.
– Брысь! – нелепо повторяю я.
Тёмные глаза Санаду меня сейчас не затягивают – пугают до дрожи.
– Вы же не хотите меня съесть, правда? – я опять всасываю прокушенную губу, чтобы не дразнить кровью.
– Я… – Санаду пошатывается, – себя не…
Его ведёт в сторону.
Это шанс рвануть к двери. Я наклоняюсь для прыжка, но Санаду резко выпрямляется. Торможу, и ноги соскальзывают по плечам Огнада, подол цепляется, я заваливаюсь вперёд, размахиваю руками, пытаясь не шмякнуться на скалящегося Санаду.
Ухватившись за чёрный лук и распластавшись животом на макушке Огнада, я застываю в шатком равновесии на его плечах.
Санаду тянет ко мне дрожащую когтистую руку, а я даже отскочить не могу. В отчаянии дёргаю лук – вдруг удастся им отбиться, как палкой.
– Помогите! – извиваюсь на макушке статуи. – Спасите, убивают!
Хоть я и держусь за лук, но Санаду тянется вперёд, и я оказываюсь в его объятиях. Он пахнет кофе и можжевельником, его тёмные пряди щекочут моё лицо.
Шею простреливает болью.
Пространство искажается. Я теперь сижу на полу.
Вместо могилы и озверевшего Санаду – просторная гостиная в привычном дворцовом стиле и нервной фиолетово-белой расцветке.
На стенах – эпические полотна о сражениях с мертвецами.
Вдоль них – вазы с некромантскими цветами. Мебель – софа, столик и стулья – словно из костей собрана. На чёрной посуде – узоры из скелетов.
За столиком чаёвничают двое: знакомый по статуе в гробнице красавчик Огнад и привлекательная брюнетка в чёрной тоге и венке из позвонков – копия статуи у входа.
Оба поворачиваются ко мне. Брюнетка хмурится.
Огнад только что натянуто улыбался, но при виде меня его изумительно голубые глаза наполняются искренней радостью, хотя улыбка, наоборот, исчезает.
– Ну вот, – с сожалением вздыхает он и отставляет чашку на блюдечко. – Меня зовут на помощь, я вынужден идти.
Поднявшись, он подхватывает ладошку брюнетки и, глядя ей в глаза, основательно целует – с задержкой чувственно-многозначительной.
– Был счастлив провести с вами это время, прекраснейшая из богинь, – выдыхает Огнад.
После чего довольно резво направляется ко мне, и на его лице – страх.
