— Лжец, — беспардонно отпихиваю Рому в сторону и ныряю в полумрак.
С каждым шагом моя уверенность тает, и я оглядываюсь на Рому, который запирает дверь, и разочарованно цокаю. Он каждую девку с улицы сюда пускает? Вот если бы он меня выгнал, то ситуация была бы куда проще. Касаюсь холодными пальцами лба, делаю медленный вдох и вхожу в следующие двери в сопровождении Ромы.
Глава 19
Замираю в тени у двери и молча вместе с Ромой наблюдаю, как полуголый Евгений в одних брюках под музыку трясёт шейкером и ловко перебрасывает его из ладони в ладонь.
Он расслаблен, весел и непринужден, будто к нему в гости не заглядывал чужой ревнивый муж.
— Чего стоим? — шепчет на ухо Рома.
— Я тебе нос откушу, — смотрю в его озорные и любопытные глаза.
— За что?
— Ты слишком близко.
— Могу быть еще ближе.
— Ты не в моем вкусе.
— И ты, но я за разнообразие, — Рома расплывается в глумливой улыбке.
Решив, что без опыта я не смогу с первого раза удачно лишить гнусного провокатора носа, я леплю ему пощечину и больно хватаю за ухо.
Музыка затихает, и Евгений откладывает небольшой пульт на стойку.
— Что там у тебя, Рома?
— Кто, — тот отшатывается от меня в сторону и потирает ухо.
— И кто же? — Евгений откупоривает шейкер, выливает в плоский бокал содержимое и сверху кидает листочек мяты.
— Какая-то сучка в пижаме и халате. Она не представилась, — Рома передергивает плечами и шагает мимо диванчиков к барной стойке. — Наверное, очередная чья-то жена, которую ты отымел.
Я не могу понять, тебе недостаточно свободных женщин, что ты прыгаешь на замужних?
Самое время валить. Евгений не может разглядеть мое лицо, потому что затаилась я в самом темном углу клуба, как опытный ниндзя, однако я делаю вдох и решительно выхожу из укрытия и также бесстрашно шаркаю тапочками к барной стойке, гордо вскинув подбородок.
— Ты ее знаешь? — уточняет Рома у Евгения, который невозмутимо делает глоток коктейля.
— Это моя секретарша, — он облизывает губы и отставляет бокал.
Я не вижу в его лице изумления или оторопи. Стоит себе, оперевшись руками о стойку, и с ожиданием смотрит на меня. И тут с моей ноги слетает тапочек, потому что я делаю слишком широкий и злой шаг, и приземляется он в паре метров от меня. Замираю с поднятой ногой, и Рома проявляет желание вернуть мне подлый тапочек, но я рявкаю:
— Я сама!
— Не дергайся, друг, — скучающе отзывается Евгений и вновь прикладывается к бокалу, — это бесполезно.
