После тебя только пепел

 – Ты по нему скучаешь? По деду?

Женя сжимает губы, вскидывая подбородок, в его глазах царапающая сердце скорбь. Он любил деда. Он скучает. Для меня этого достаточно, чтобы убедиться в своем решении. Человек, способный на искренние чувства, не станет делать зло незнакомцу просто так. Хоть убейте меня за наивность, но я уверена, что в мире больше людей, чем зверей!

– Жень, я хочу предложить тебе сделку. Мне нужна твоя помощь, как и тебе моя. Ты честно ответишь на несколько вопросов, а я сделаю так, чтобы Мнац отстал. Конфликт будет исчерпан.

Женя мнется на месте, кусая обветренные губы. У нас нет времени на уговоры.

– Ты ведь не сам это придумал, – стреляю на поражение. – Тебя надоумил кто-то другой. Тот, кто хотел меня подставить.

Он замирает, напрягая челюсть, и я впервые чувствую себя настоящим хищником рядом с жертвой. Непередаваемые ощущения.

– Можешь не называть имен. Просто кивни, если я права.

– Ты ведь и так понимаешь, кто это. У тебя здесь не так уж много врагов, – тихо произносит Женя.

– Ты прав.

– Мне бы тоже этого не хотелось, – мрачно отвечает он. – Алена, я не мог отказаться. Прости. И я не могу сказать тебе больше. Пусть вокруг все играют в добрых друзей и стаю, что держится друг друга, на самом же деле здесь все одиночки. Никому нельзя верить.

– Спасибо за совет, Жень. И, я надеюсь, за правду, – смотрю на него не моргая, чтобы ничего не упустить. – Мне на самом деле не нужны неприятности, и я не хочу, чтобы наша с тобой ссора затянулась.

Вытаскиваю руки из карманов и сжимаю кулаки до хруста в пальцах, а губы Жени дергаются в подобии улыбки.

– От такой девушки, как ты, даже в нос получить приятно.

Прищуриваюсь и делаю шаг вперед:

– Этого не будет. Ты выполнил свою часть сделки, я выполню свою.

Женя пораженно моргает, и я отступаю, склоняя голову.

– Знаешь что, Жень? Если бы не все это, то, может быть, через пару нормальных свиданий у нас бы что-то и получилось.

– А вот это по-настоящему больно, – с печальным весельем отвечает он.

Коротко оглядываюсь через плечо, Мнац стоит под фонарем, широко расставив ноги. Глубоко вдыхаю, готовясь к рывку, и серьезно обращаюсь к Жене:

– Тебе лучше поскорее уйти и не попадаться Мнацу на глаза пару недель.

– Понял, – кивает он. – Спасибо и… прости еще раз.

– Алена… – несмело зовет Женя и тут же отводит взгляд. – Ему тоже нельзя верить.