Последняя битва

Князь Сакульский тоже распустил поволжских татар на охоту, оставив при себе в лесной чаще всего три отборные сотни.

За семь дней поляки смогли дорыться почти до самого крепостного рва и открыли частый огонь по Покровской угловой башне и Свиным воротам. От хлестких ударов чугунными ядрами почти в упор камень крошился, трескался и отлетал крупными кусками. Одновременно османцы ринулись вперед с фашинами и мешками, засыпая ров. Защитники вели по ним ураганный огонь из пищалей и луков, пушки пытались разрушить земляные сапы.

Но первыми не выдержали башни — их внешние стены в первый же день почти одновременно начали оседать и осыпаться наружу. Польский лагерь ответил ликованием, радостными воплями. Все торопливо вооружались и надевали доспехи. Однако восторг оказался преждевременным: стены сыпались, но не так быстро, как хотелось бы завоевателям.

Османский наместник приказал стрелять всю ночь в свете факелов, доведя проломы до уровня земли, и наутро венгры и польская шляхта ринулись в атаку. Под ожесточенным обстрелом по фашинам они перебежали ров, ринулись в проломы и захлестнули башни вместе с их немногочисленными защитниками.

Что происходило внутри, от леса было не разглядеть, но не прошло и часа, как на обеих башнях взвились польские знамена, а захватчики открыли сверху огонь по городу. Казалось, участь Пскова предрешена: часть стены с двумя башнями в руках врага, все новые и новые толпы схизматиков и басурман бегут через ров к ним на подмогу, как вдруг…

Из недр Свиной башни вырвалось облако белого дыма — и камни вперемешку с людьми взметнулись ввысь, полетели в стороны.

Тут же запели трубы, и русские воины, перейдя во встречную атаку, перемахнули ров, ворвались во вражеские сапы и перебили ошалевших от грохота и неожиданности немецких пушкарей.

Стрельцы и боярские дети ринулись по траншеям дальше, рубя и коля всех, кто оказывался на пути. Следом за ними через ров перебрались горожане с веревками: они обвязывали пушки и волокли их в город. Причем среди этих отважных людей были даже женщины.

В траншеях началась сеча, защитники Пскова попятились, уступая напору многочисленных наемников, и вскоре покинули сапы, уйдя обратно в крепость. Преследователей отогнали пулями стрельцы, засевшие среди обломков разрушенной стены.

Штурм можно было бы считать провалившимся — если бы не несколько сотен поляков, засевших в Покровской башне и то и дело стреляющих по городу, тревожа людей и мешая правильной обороне. С ними покончили вечером.