Когда же вся королевская рать покинула собор, старуха повернулась к Помпилио и поинтересовалась:
— Что за история с перстнем?
Лилиан и лысоватый навострили уши, однако уже через секунду разочарованно вздохнули.
— Маленькое личное дело, тетушка, — обаятельно улыбнулся Помпилио. И сделал шаг в глубь собора. — С твоего позволения, я все же поставлю свечку в память о Форце. Он был неплохим человеком.
— Буду ждать тебя «У Фридриха».
Согласно обычаю на воскресную мессу королевская семья отправлялась через площадь пешком, с достоинством принимая от верноподданных положенные почести.
Обратный же путь проделывался в позолоченной карете, запряженной шестеркой белых лошадей и сопровождаемой конными гвардейцами. Процессию, конечно, тоже приветствовали, однако отгороженные от народа властители Заграты имели возможность немного отдохнуть.
Или поговорить.
— Ты знаешь этого адигена? — спросил десятилетний Густав, едва карета сдвинулась с места.
— Впервые увидел, — пожал плечами наследник.
— У него красивый месвар, — заметил восьмилетний Георг, который обратил внимание исключительно на одежду Помпилио. — Почему папа никогда не носит месвары и нам запрещает? Во всех сказках адигены носят месвары.
— Потому что мы не адигены, — отрезал наследник. — Мы — загратийские короли.
— А папина бабушка была адигеной, он сам об этом говорил.
— Ты понял, о каком перстне шла речь, — продолжил Густав, не обращая внимания на слова Георга.
— Я заметил, как ты вздрогнул.
Отнекиваться старший брат не мог и не хотел.
— Помпилио говорил об этом перстне. — Генрих-младший поднял руку и продемонстрировал брату украшение. Слишком крупное для двенадцатилетнего мальчика, а потому с трудом держащееся даже на перчатке. — Отец дал его мне перед тем, как отправиться на юг.
Большой алмаз был и в самом деле необычен: в самом его центре переливалась маленькая красная точка — сердце.
— Здесь какая-то тайна, — глубокомысленно сообщил маленький Георг.
— Как в сказках…
— Отец что-нибудь сказал? — поинтересовался Густав, разглядывая перстень с таким видом, словно в нем, как это частенько бывает в сказках, прятался могущественный дух.
— Приказал не снимать, никому не отдавать и предупредил, что за ним может приехать адиген по имени Помпилио.
— И всё? — разочарованно протянул Густав.
— Нет, не всё, — качнул головой Генрих-младший.
