Виллему, Доминик и Ульвхедин быстро скрылись за дверью. В зале гремела песня, танцующие допевали последние слова:
Язычники были убиты.
9
Габриэлла вернулась в зал и обратилась к гостям:
— Сейчас сюда явится фогт, чтобы арестовать Ульвхедина, который только что бежал отсюда с теми, кто ему помогает. Если фогт спросит у вас о нем, скажите, что он уехал в Швецию с моей дочерью и ее мужем около четырех дней назад. Больше вы ничего не знаете. И ты тоже, Элиса! И помни, ты должна говорить о муже с горечью, ведь он бросил тебя! Сможешь?
— Я могу только плакать, — всхлипнула Элиса.
— Мне так грустно. Но я скажу, что он уехал четыре дня назад.
— Прекрасно. А остальные?
Все ответили согласием. Ульвхедин не причинил зла ни одному человеку в округе, хотя многие и побаивались его. Может, кто-то из них и был бы не прочь получить вознаграждение за его поимку, но тогда бы пришлось распрощаться и с домом, и с землей в этих местах, и еще неизвестно, нашли бы они сносное пристанище в другом месте. К тому же никому не хотелось покрывать себя позором в глазах людей.
Габриэлла покинула праздник. Ей хотелось помолиться за своих детей. В ее сердце проснулась тревога за них. Все казалось так просто, когда об этом говорила Виллему, сомнения начали одолевать Габриэллу уже потом.
Она пошла пешком. В карете уехали Виллему, Доминик и Ульвхедин — они торопились скорее добраться до Элистранда. Но Габриэлла не собиралась идти домой. Она завернула на кладбище к могиле Калеба.
На могиле лежали увядшие цветы и листья.
Было по-зимнему промозгло, сидеть на скамейке было холодно. Габриэлла остановилась возле могилы.
— Родной мой, — прошептала дна. Она не первый раз разговаривала так со своим покойным мужем.
— Любимый, нашим детям сейчас трудно. Их ждет долгий и опасный путь. Им предстоит переправить Ульвхедина в Данию. Помоги им, защити их! Я знаю, ты, как и я, обычный человек, но поговори с нашими покойными родичами, которые обладают способностью преодолевать границу между миром мертвых и живых.
Я знаю, некоторым из них это дано. Виллему часто рассказывала о Тенгеле Добром, ты, конечно, помнишь об этом. И еще есть Суль.
Она помолчала и заговорила опять:
— Я простила Ульвхедину то, что он послужил причиной твоей смерти. Сейчас тебя все равно уже не было бы с нами. Только мы с тобой знали о твоей неизлечимой болезни… Помоги ему, Калеб, он один из нас, и ты это знаешь. Попроси наших предков защитить его! — Габриэлла горько улыбнулась.
