Повешенный (СИ)

Волхов — река, которая соединяет Ладогу с Ильмень озером, на ней Великий Новгород стоит. А Старая Ладога — это небольшое древнее поселение, первая столица Рюрика, еще до того, как он Новгород основал. Исторические места…

Ветер надувает парус, лодка резво рассекает водную гладь. Но ее практически не качает на волнах. Один из мужчин берет со дна лодки длинное весло и встает на нос, как венецианский гондольер.

— Что он собрался делать? — опять спрашиваю я Петю, он у меня сегодня в роли справочника

— Основной ледоход закончился, но небольшие льдины могут еще попадаться — если что, он будет их отталкивать, чтобы те не повредили обшивку лодки.

И куда нас несет в такую темень?! Случись что, ведь даже спасти будет некому. Но наши попутчики ведут себя так уверенно, словно для них это плевое дело. Так что, глядя на них, я тоже перестаю нервничать. Как же холодно… ветер, дующий в спину, пронизывает до костей. Мы зябко кутаемся в выданные нам теплые плащи, но с солдатской шинелью их не сравнить. Жмемся к друг другу поближе, только это мало спасает от холода.

— Потерпите, нам не очень далеко плыть — успокаивает нас Володар. Кажется, его холод совершенно не беспокоит.

А недалеко плыть — это сколько еще? Пытаюсь хотя бы приблизительно представить на карте эти места и ближайшие населенные пункты. Сколько от озера до Старой Ладоги, километров пятнадцать? Двадцать? Нет, не вспомню…

Волхов делает крутой поворот, изгибаясь почти под прямым углом, и мы немного теряем скорость. Затем следует еще один поворот — и окончательно вышедшая из облаков луна освещает дивный древний белоснежный храм на высоком берегу, отдаленно напоминающий церковь Покрова на Нерли.

— В этом Свято-Успенском монастыре семь лет продержали мою прапрабабушку — Евдокию Лопухину, якобы за участие в боярском заговоре. Она пробыла здесь до 1725 года, пока мой прапрадед Петр I не умер.

Блин, все никак не могу осознать, что мой товарищ по побегу оказался праправнуком самого Петра I. Для меня это просто седая старина и персонаж из учебника истории, а для него предок, творивший своими руками историю России и не пожалевший ради этого даже самых близких — сына и жену.

Я еще провожаю глазами невысокие стены женского монастыря, а впереди уже видна Староладожская крепость. Но прямо перед ней мы сворачиваем направо и заходим в приток Волхва.