Повешенный (СИ)

Поэтому вначале в карете было довольно комфортно, и я даже задремал. Все-таки, как мало нужно человеку: накормлен, сидит в тепле и на голову ему ничего не капает. Еще бы кандалы сняли, вообще нормально было. С этой немудреной мыслью я и уснул…

А когда открыл глаза, за окном кареты было уже темно. Где-то вдалеке лаяли собаки, но вскоре все стихло. Видимо мы проехали через очередную придорожную деревню.

— Далеко еще? — спросил я жандарма, поплотнее запахивая шинель, и не особо надеясь на его ответ. Так, скорее из вежливости поинтересовался.

Но поручик соизволил ответить

— Угощайтесь — кивнул я ему на корзину, стоявшую на скамье, и сам потянулся за румяной баранкой.

Сто лет их не ел. Последний раз пробовал баранки в каком-то небольшом городке на Урале, где был в студенческой экспедиции. Забытый вкус детства…

— Не положено — состроил поручик неподкупную морду

— Да, бросьте, вы! — поморщился я — А впрочем, как хотите, уговаривать не стану. Но баранка очень даже вкусная!

В этот момент карета подпрыгнула, покачнулась, и металлические полозья проскрежетали по камням.

Ямщик беззлобно выругался, но карета тут же выправилась, и полозья снова мягко заскользили по снегу. Мне показалось, что мы съехали вниз с небольшой горки, и я выглянул в окно кареты. Но ничего там, конечно, не увидел, кроме бескрайней снежной равнины и темного неба над ней.

Угли в жаровне давно прогорели, и меня уже начало подзнабливать от холода. Внутри кареты сейчас было ничуть не теплее, чем снаружи.

Так ведь и околеть от холода недолго. Впрочем, это было бы самым лучшим решением — замерзнуть во сне. Уснуть и больше не проснуться. Но у судьбы на меня, видимо совсем другие планы.

Карета сделала плавный поворот, и в окне я, наконец, увидел темную громаду крепости. На фоне белого снега ее стены выглядели исполинскими, а башня, мимо которой мы проехали, была приземистой и с островерхой крышей, напоминающей шлем древнего воина. Была ли эта крепость похожа на Шлиссельбургскую? Понятия не имею.

В прежней жизни я там не был, и сравнить мне не с чем. Да, и что можно рассмотреть в такой темноте?

Карета стала подниматься на взгорок и вскоре замедлилась. Послышались чьи-то голоса, среди которых я услышал и голос Крапивина. Объяснялись они недолго, мы снова тронулись, въезжая под своды надвратной башни. А после резкого поворота поехали уже по внутреннему двору крепости вдоль казарм, пристроенных к ее стене.