Правила бунта

Она так лихо перескакивает с Рэна к Фитцу, что они оба могут быть взаимозаменяемы. Дело не в них. Все дело во мне и в том, что я с ней сделал. В конце концов, я немного закипаю.

— Послушай, ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Как ты можешь знать, что она не была под кайфом, когда писала это? Мара была не в своем уме девяносто процентов гребаного времени. Мерси об этом позаботилась. Просто брось его в огонь, и давай просто умоем руки от всего этого.

— Знаю, что она твоя подруга, Кэрри, но я не знаю эту девушку.

Если ты так о ней заботишься, то постарайся, чтобы она держалась от него подальше. Это не должно быть слишком сложно. Он скоро совсем забудет о ней, и тогда тебе больше не придется заботиться о ее безопасности.

— Как ты можешь быть таким холодным? Как ты можешь быть таким отстраненным?

Хорошо. Это было холодно. Но сейчас я не могу тратить энергию ни на кого другого. На самом деле мне нравится Элоди. Несмотря на лицемерие позиции Рэна, Элоди на самом деле была ему полезна.

Затем я говорю то, чего, вероятно, не следовало бы говорить.

— Единственный человек, о котором я забочусь — это ты, Карина. Мне кажется, я достаточно ясно дал это понять. Если ты не хочешь этого слышать, то это твое дело. Знаю, что все испортил. Но мы можем разобраться с этим в другой раз. А теперь отдай его мне.

Кэрри ни слова не говорит о том, что я только что сказал. Она достаточно эмоционально отреагировала на уроке английского, а теперь просто злобно смотрит на меня.

— Прекрасно.

Держи, Лорд Ловетт. Ты всегда добиваешься своего, не так ли?

Она шлепает дневник Мары мне в руку, достаточно агрессивно, чтобы кожа обжигала мою ладонь.

— Вообще-то редко, — шепчу я.

— Почему ты его так защищаешь? Он тебе не друг. Ты ведь это знаешь, верно? Рэн может так себя вести, но он просто использует людей, чтобы получить то, что хочет.

Моя дружба с Рэном гораздо сложнее, чем Кэрри может понять. Я так и не удосужился рассказать ей, что он для меня сделал. Она смотрит на нашу дружбу и не видит ничего, кроме недостатков и изъянов.

Если бы девушка знала, сколько я должен Рэну, она бы не говорила таких вещей. Как бы ни злилась и ни хотела как-то навредить мне, ей придется найти какую-то другую гребаную область моей жизни, чтобы использовать ее в качестве оружия. Это было бы не так уж трудно.

Сейчас не время рассказывать ей, что произошло в Суррее. Это было очень давно, и есть более неотложные дела, которыми нужно заняться.