Правила обманутой жены

Из-за соседнего столика поднялись двое мужчин: Чумной Доктор и невысокий мужчина в джинсах и черном пиджаке. Маски на нем не было. Они сели рядом с Мамиконом, решительно придвинув стулья.

— Я привык видеть лицо собеседника, — по-английски сказал Мамикон Чумному Доктору.

— А я привык, что мне не указывают, что делать, — спокойно ответил он. — Ты у меня в гостях, веди себя прилично и тихо.

«Племянники» немедленно отреагировали и бросились к Чумному Доктору. И в этот момент словно из-под земли возникли трое смуглых молодых мужчин.

Они были намного ниже охранников Мамикона, но с лёгкостью заломили им руки и положили лицами на стол.

— «Интерпол», венецианское отделение, — мужчина в черном пиджаке вытащил из кармана удостоверение и помахал перед носом Мамикона. — Поговорим?

— Ладно-ладно! — Мамикон примирительно поднял ладони вверх и обратился к «племянникам»:

Те неохотно отошли на несколько шагов назад, бросая выразительные взгляды на Чумного Доктора.

— Ой, вэй! Шо у нас случилось? — Соломоновна схватилась за сердце.

 — Мамик, не делай мне форшмак из моих нервов. Скажи: мне уже начать носить тебе передачки или пождать, пока цены на базаре немножко упадут?

— Не волнуйся, любовь моя, — Мамикон склонился к ее руке и поцеловал пальцы. — Этого Интерпола — маму я его покупал — как раз вчера видел на аукционе. Кажется, Платон нас разыгрывает. Да, Малевич-джан? Ты же это несерьёзно?

— Ты прав, Мамик, — Платон обнял Надю, которая от страха побледнела, как мел. — Этот человек, действительно, имеет отношение к аукциону.

Что не мешает ему работать в «Интерполе». Венеция — это единственный город в мире, где в управлении полиции уже сидят представители «Интерпола». Как раз в том отделе, который занимается предметами искусства. Из-за количества раритетов, что хранятся здесь в частных коллекциях. Так что его действия будут зависеть только от тебя и твоего решения. Ты ведь вчера купил картину, правда?

— Я ее не покупал. Мы с тобой накрутили стоимость, — поправил его Мамикон.

— Правильно, — улыбнулся Платон.

 — А теперь я тебе расскажу всю свою схемку. Мы с тобой вчера не накрутили стоимость, а легализовали эту картину в глазах коллекционеров. Они поверили, что Климт действительно когда-то написал еще одну Адель. Только не золотую, а серебряную. Как только ты якобы купил эту картину, разочарованные коллекционеры разбрелись по гостиничным номерам и оттуда начали звонить нашему уважаемому Чумному Доктору с просьбами помочь перекупить картину у тебя.