Право первой ночи

— Может, наколдуешь чего-нибудь? Иллюзию хотя бы покажешь?

— Извини, ярмарочными фокусами не занимаюсь. У меня целый трюм напуганных женщин и детей. Мне идти надо.

Я попыталась встать, но запуталась в слишком длинной юбке и рухнула на палубу.

— Руку давай.

Секунду помедлив, протянула старпому руку. Парень рывком поднял меня на ноги.

— Ладно, иди, — сказал Эрик. — Но как-нибудь ты мне покажешь фокус.

— Всенепременно, — пообещала я.

Эллина спустилась в трюм через пару часов. Недовольно поджав губы, северянка процедила:

— Он ждет тебя в каюте.

Переспрашивать, кто «он», я не стала, и так понятно.

Когда, подобрав юбки, я карабкалась по лестнице из трюма, то терялась в догадках, что на этот раз Шейрану от меня понадобилось. Может, я недооценила слух виконта? И теперь, когда я знаю, кто Ферт на самом деле, пришло время выложить карты на стол?

В каюте, кроме виконта, никого не оказалось. Видимо, Дэниел уже выспался.

Замерла на пороге. Оставаться с Шейраном наедине — не лучшая идея. Я не доверяла ему.

— Закрой дверь. — Мужчина похлопал по койке рядом с собой, приглашая присесть.

Я предпочла разместиться на узком сундуке напротив. Откидной столик — хоть какая-то преграда. Хотя чувствовала я себя в углу каюты все равно что в западне.

— Знаю, у тебя есть вопросы. И любопытство не дает покоя, — мужчина скривил губы в слабом подобии улыбки. — Ты теряешься в догадках, что я делал на другом корабле.

— Ты не обязан передо мной отчитываться.

— Не обязан, — согласился Ферт.

Кивнула.

— Я отдал необходимые распоряжения. В первую очередь беженцев отвезут в безопасное место, а потом уже будут подавлять мятеж.

Значит, сотни жизней будут спасены. Отличная новость.

— И тебя послушались?..

Шейран в немом вопросе вскинул брови.

— Хотя почему бы им тебя не послушаться, — продолжила я, — ты ведь у нас не просто дворянин. Ты императорский порученец… — вздрогнула, почувствовав чужеродную магию.

— Не бойся, — вскинул руку Ферт, — я активировал амулет, который не позволит никому услышать наш разговор… Так кто проговорился? Густав? Да нет, он жаден как Дьявол, но язык за зубами держать умеет и положиться на него можно… Значит, его сын.

До меня начало доходить, что свои карты я раскрыла слишком рано. Шейран знать не знал, что мне известна его должность.

— Так Эрик — сын капитана?

— Он самый.