— Я ненавижу тебя, ублюдок.
Его рука обхватывает мою шею, и он поднимает мою голову, чтобы сказать мне в губы:
— Я тоже тебя ненавижу, Далия.
А потом он целует меня до потери сознания.
Целует, пока мне не начинает казаться, что это мой конец.
Пока я не думаю, что он никогда не перестанет меня целовать.
Глава 19
Кейн
Дыши.
Вдох.
Выдох.
Расслабься.
Прими боль.
Запястья горят от цепей, руки вытянуты над головой, вес тела тянет плечи вниз.
С каждой невольной дрожью, пробегающей по телу, железо впивается в плоть.
"
"Погреб, в котором я свисаю, поглощает меня целиком, холод пронизывает кожу. Каменные стены сырые, пахнут плесенью и тяжелым запахом ржавого металла.
Причина, по которой я здесь — снова — проста.
Сегодня вечером мы проиграли выездную игру.
«Гадюки» потеряли чистую победную серию. Проиграли чертовым «Стантовским Волкам».
Сказать, что боевой дух команды на нуле, было бы преуменьшением.
Это было следствием целого ряда неудачных обстоятельств.
Во-первых, я был не сосредоточен, и хотя мое тело было на льду, мой ум был далеко вне игры.
Безупречная дисциплина, которую я оттачивал более пятнадцати лет, начала давать трещины, и на фундаменте появились небольшие расколы.
Во-вторых, возможно, это было из-за отсутствия моего решительного лидерства, но остальные члены команды тоже запутались и с трудом сдерживали «Волков», особенно их капитана.
Осборн игрался с нашим командным духом и уделял особое внимание Престону, блокируя и даже нападая на него, пока наш левый нападающий не начал задыхаться.
Как одержимый, Осборн сделал Престона своей мишенью и безжалостно атаковал его, как будто мой друг был единственным игроком «Гадюк» на льду. И это, оглядываясь назад, заставило Джуда вступать в драки чаще, чем обычно — он всегда очень защищал Престона, с тех пор как мы были детьми.
В-третьих, обычного хладнокровия Престона не было и в помине. Он продержался первый период, но в конце концов поддался стычкам и тому, что Осборн шептал ему каждый раз, когда сбивал с ног.
В третьем периоде Престон не выдержал и отправил Осборна в борт, который разлетелся на куски.
Единственной реакцией Осборна был злобный смех.
Это был первый раз, когда Престон сознательно прибег к насилию во время игры. Хотя он не против убийств, он считает, что насилие в хоккее недостойно его, а те, кто полагается на свои мускулы, — просто крестьяне.
