Престидижитатор Сталина

Еще мне попался очень интересный субъект: помещик Звягинцев, мой ровесник, в молодости мечтавший стать знаменитым. В общем-то, тут каждый второй мечтал о славе, просто большинство так мечтами и ограничивалось, а этот… Чем только он не занимался: и пытался выводить какие-то очень урожайные сорта овса, и выводить свиней, которые бы вес в полтонны за год набирали, и порох выдумывал «в сто раз сильнее нынешнего». На скрипке выучился играть виртуозно, пейзажи писал — Левитан обзавидуется. Но как только получал хоть какой-то результат — хоть бы и отрицательный — сразу занятие свое бросал и приступал к новому.

Правда, «базовых» знаний у него было чуть меньше чем нисколько, но вот усидчивости ему было не занимать, как и упорства в получении новых знаний. И я предложил ему поколдовать с плесенью…

В общем, где-то к весне сорок второго года он получил пенициллин, а еще через полгода и стрептомицин. Порадовался — и принялся изобретать машину для производства стальных струн — но вот с антибиотиками дело не умерло, все его помощники — коих он дюжины три подготовить успел — работу продолжили.

И хотя объёмы производства могли кое-кого вогнать в глубокую депрессию (вся его лаборатория лекарств выпускала грамм по десять в год), я хотя бы успокоился насчет собственных детей — а поставить выпуск антибиотиков на промышленную основу можно будет и потом, когда получится настоящих специалистов обучить.

Кстати, от антибиотиков оказалась большая польза: Алёне на ровном месте обломился еще один орден. Причем не какая-нибудь «Анна» или «Станислав» занюханный… Просто летом сорок девятого года жена моя по каким-то своим делам оказалась в Петербурге и там случайно буквально узнала, что внучка Николая «слегка приболела».

Тут она немедленно вспомнила, что в какой-то книжонке из моего телефона было написано, что Александра Александровна «в семь лет умерла от менингита» и с грацией слона вломилась в Зимний дворец. Герцогиню, понятное дело, к царю допустили без промедления — и, оказалось, почти сразу после того, как врачи сказали ему, что девочку вылечить невозможно…

Ну, в целом, можно сказать, герцогине Алёне повезло: менингит оказался бактериальный и пенициллин помог, да и вообще жена вовремя подсуетилась, когда ничего необратимого еще не случилось.

Алёна десять суток практически не выходила из комнаты, где лежала Сашка, каждые три часа колола девочке в задницу антибиотик — а когда всё закончилось, жена наследника Мария почему-то спросила, сколько стоит примененное ею лекарство.