Придону послышался далекий треск костей, жалобный вскрик, что тотчас оборвался.
Придон посмотрел по сторонам, туман оставался таким же плотным.
– Того, – огрызнулся Вяземайт. – Туман так просто не рассеивается…
– Разве магия не пропадает, если мага придушить?
– Так то магия, а это простой туман. Хоть и вызванный магом.
Он снова сделал движение пальцами, словно скручивал шею куренку. Придон явственно слышал легкий хруст и вскрик.
– Да… Не мешай, там есть и третий, надо нащупать.
Туман начал медленно редеть.
Придон сказал восхищенно:
– Ты силен, как сто медведей. Куявские колдуны тебя наверняка страшатся, как огня.
– Огня? – удивился Вяземайт. – Нет, огня они страшатся мало. Но вот меня… гм… Ладно, это неважно. Я, пока ехал, слышал, как все войско говорит о твоем поединке с Дунаем.
– Говори правду. Не столько о поединке, сколько о ремне на его руках. Так?
– Так, – признался Вяземайт. – Ты хорошо подумал?
Прибежал оруженосец, в руках баклажка и небольшой кубок. Ноздри Придона дернулись сами по себе, запах плакун-травы напомнил, что за время сражения весь иссох, как выброшенная на берег рыба.
Он пил долго и жадно, наконец, возвращая опустевшую баклажку, спросил хрипло:
– Не знаю, – ответил Вяземайт откровенно. – Слишком уж хороший ход. Мудрый, далеко идущий.
Придон с неудовольствием пожал плечами, он пристально всматривался сквозь остатки тумана, там уже выступила стена. Тоже из дерева, но не частокол из врытых в землю бревен, а двойная, с широким помостом наверху, где прохаживались стражники. С внешней стороны стена выше, видны только проплывающие головы, только самые рослые возвышаются до уровня плеча.
