Хозяева успевали захватить все ценное, артане злились и требовали, чтобы военачальники вели их быстрее.
Кроме постоялых дворов, попадались и небольшие храмы из черного гранита, чтобы путешественники могли принести жертву богам. На храмы артане внимания не обращали: камень не подожжешь, а сами куявские боги не страшны, ибо известно, что они всего лишь пыль под ногами могучих и грозных богов Артании.
Куявы, как зерновые муравьи, ухитрялись обрабатывать каждый удобный клочок земли: артане дивились ровным квадратикам, из которых одни оставались вспаханными, на других уже дружно поднялись зеленые стебельки, похожие на железную щетину.
Однажды Аснерд резко осадил своего жеребца, а когда Придон пытался проскочить дальше, ухватил его коня за повод. Тот сдуру пытался проскочить, выдернуть повод, но едва не вывихнул шею: вырваться из руки Аснерда было то же самое, что свернуть гору.
Придон проследил за взглядом старого полководца. Впереди на высокой горе зловеще чернела массивная башня. Стена слегка поблескивала, словно башню сложили из угля или же облили смолой, а та застыла, укрыв от зубцов крыши до самого низа. Высоко в небе медленно разрасталась туча, пока что серая, но Придон ощутил, как серость перейдет в черноту, та станет угольной, тяжелой, в недрах тучи начнут посверкивать, пока что слабо, сполохи, а сама туча будет расти, раздвигаться, нависать тяжелой мощью…
– Колдун? – спросил он и кивнул на тучу.
– Туч быть не должно, – ответил Аснерд угрюмо. – На всю неделю волхвы предсказали погоду ясную, а небо чистое.
– Проклятые колдуны!
– Пока что просто пугает, – заметил Аснерд. – Сюда не достанет. Но когда подойдем ближе…
– От нас один пепел взметнется.
Придон скрипнул зубами. Лицо перекосило холодным бешенством.
– Это нечестно! – сказал он горячо. Опомнился. Сказал еще резко: – Но мы должны пройти!
– Мы пройдем, – сообщил Аснерд.
Придон сразу ухватил мысль, спросил быстро:
– Его молния бьет… не всех?
– У него сильные молнии, – ответил Аснерд угрюмо.
