– Каждой он способен сразить десять, а то и больше человек. Но он бьет молниями даже реже, чем лучник стрелами. Если сотня ринется вот отсюда на его башню, он, возможно, успеет испепелить их всех. Но если три сотни – его башню разнесут даже топорами.
Придон пробормотал непонимающе:
– Но почему тогда эти башни… неприступны?
– Это куявы так считают, – сказал Аснерд с презрением. – Они цепляются за свои жалкие жизни! Они не хотят погибать даже красиво.
Придон покачал головой:
– Наши тоже не могли миновать эти башни.
– Наши ходили только в набеги, – возразил Аснерд. – Малыми отрядами героев. Сотня артан в состоянии разбить куявское войско в тысячу человек, но такую башню им не взять. Потому и прокладывали для дальних набегов дороги так, чтобы не попадать под удар башен. Но сейчас у нас стотысячное войско! Разницу уловил?
Туча над башней росла, Придон ощутил ее тяжесть, теперь это создание колдуна весит как целая гора, что за мощь у колдуна, что держит на весу такую махину, в недрах тучи негромко погромыхивало.
Аснерд, как услышал его мысли или же прочел по смятенному виду, сказал громко:
– Устрашает.
Меклен выехал навстречу, перехватив за конный переход до города, сам отвел короткой дорогой через редкий лес к тем мерзавцам, что осмелились держать ворота закрытыми.
– Город называется Старгородом, – объяснил он.
Придон остановил коня на пригорке, одним взглядом охватил город и его окрестности. Стоит в излучине реки, как обычно и ставят мудрые строители города-крепости. К тому же берега крутые, обрывистые, скалистые, с той стороны подобраться просто немыслимо.
