Затем он запустил руку в мешок и вытащил за волосы отрубленную голову.
По залу пронесся гул голосов. Пальцы Йована крепко держали бледную обескровленную голову Тулея. Придон сразу узнал это надменное, полное высокомерия лицо, что за время скитаний исхудало до неузнаваемости. Тулей, даже за время бегства и скитаний, похоже, так и не поверил, что все потеряно. Только в широко раскрытых глазах застыл ужас перед блеснувшим лезвием ножа.
– Это твой последний враг, – сказал Йован.
Второй, который Цвиркун, подбоченился, рука поднялась и залихватским жестом подкрутила усы. Придон не отрывал взгляда от головы последнего тцара Куявии. Не так он намеревался закончить эту войну. И Тулей не так намеревался, и он – Придон.
Придон в упор смотрел на куявских воинов.
Голос его был резкий, требовательный.
Йован вздрогнул, вытянулся.
– Мы ждали, пока он… – начал он, но Придон прервал.
– Это я слышал. Но Тулей все это время умело скрывался. Он проходил, как я теперь знаю, через наши кордоны незамеченным. Он не однажды подсаживался к нашим кострам, делил еду с нашими воинами, но чары укрывали его надежно… Почему он, окруженный верными людьми, все же оставил их?
Йован сказал почтительно, но твердо:
– Не он оставил их, а они оставили. По одному, по двое, но его оставили все верные ему люди.
Вяземайт остро смотрел на Придона, на лице волхва было сомнение.
– Он был один, но он мог быть не один…
По лицу Йована промелькнула тень.
– Да, – сказал он неохотно, – у него еще оставалось, чем платить. При нем был дар, из-за которого он и стал правителем Куявии: дар находить золото. Но нас с Цвиркуном он взял сопровождающими потому, что мы были лучшими! Не все те молокососы, что бряцают мечами и клянутся в ненависти к артанам, могут с ними воевать!
Придон спросил внезапно:
Йован опешил, смешался, потом вскинул голову и смело посмотрел в грозное лицо нового властелина Куявии.
– Я бы мог. Могу драться с двумя артанами, можешь проверить, если не жалко их голов. Но все-таки я – куяв! А это значит, что я не хочу драться на стороне проигравших. Я хочу драться, видя впереди богатую добычу.
