Приговор воров

 – Чем это он им за несколько минут моего отсутствия успел насолить?»

Пахан Петрович участия в потасовке не принимал. Он спокойно стоял у стеночки. Курил.

«Ну, что же? – решил Щукин. – Надо мне, наверное, помочь своему собутыльнику».

Теперь он чувствовал себя немного лучше – хмель в голове порассеялся. А парни катали Григория, так сказать, в полную силу. Норовили попасть по голове. Григорий, кстати, от таких ударов удачно уворачивался – опытный, значит, в подобных делах человек.

«Так, моральное воздействие сейчас вряд ли поможет, – подумал Щукин.

 – Буду пытаться оказывать физическое. Придется вспомнить все, чему меня учили в армии».

От дерущихся его отделяло метров пять – несколько шагов. Щукин с места начал разбегаться и, когда почти уже добежал до них, оглушительно свистнул. Все трое на секунду повернулись к нему, даже Григорий поднял голову. Щукин высоко подпрыгнул, изогнулся в воздухе, приняв почти идеальное горизонтальное положение, и с силой врезался в парней.

Расчет его оправдался, молодые люди такого от девушки не ожидали – все трое были сбиты с ног.

Щукин же приземлился грамотно и правильно – на корточки. Отлично получилось! Помнится, на контрольном зачете в подмосковном лагере, где он проходил спецподготовку по программе обучения бойцов внутренних войск, ему поставили точно за такой же прыжок пятерку.

За спиной – какое-то движение. Щукин резко развернулся, одновременно выбросив локоть – попал по зубам одному из парней, который уже умудрился подняться на ноги.

Пожалуй, даже слишком жестоко получилось – челюсть у парнишки хрустнула, он отлетел к стене, сполз на пол и остался лежать там, постанывая и пуская кровавые слюни.

Перед Николаем уже стоял второй парень – здоровый такой, даже толстый, хоть и молодой. Он таращил на него безумные, пьяные глаза. Медленно поднимал руки, видимо, соображая, как удобнее будет его – Щукина – удавить.

«Тоже мне – боец, – мелькнуло в голове у Щукина.

 – Пьяная рожа. А хорошо, что я немного протрезвел в туалете…»

Коротко размахнувшись, Щукин врезал ему кулаком под дых. Тот сразу задохнулся – толстый же! – и согнулся пополам. Дальше совсем просто – Щукин рубанул его ребром ладони по шее. Парень свалился к его ногам и не шевелился больше.

Григорий уже поднялся, отошел на несколько шагов и с изумлением наблюдал за расправой, вытирая кровь с разбитого лица.