Принц криминальной империи

Я то хоть капельку знаю друга Демона. Правда, поверхностно, но все же мой брат не стал бы дружить с каким-нибудь отморозком. Только вот Артур на моих глазах убил человека. У него даже рука не дрогнула. Зато я сейчас содрогаюсь, вспоминая это. Гоню от себя эти мысли, потому что мне становится жутко от того, свидетелем какой сцены мне довелось стать.

Выслушав мамину историю, я шокировано пялюсь на нее, практически не моргая.

— Ты сейчас перевернула мой мир.

— Сима, я рассказала тебе это, чтобы ты поняла, и в таком браке может быть счастье.

Даже с мужчиной, который кажется тебе пугающим, можно построить что-то стоящее.

— Я не хочу ничего строить с Артуром, — отрезаю, не сдержавшись. — Но пойду на это, — добавляю, когда мама уже открывает рот, чтобы возразить. — Ради вас и ради себя. Не думаю, что Артур станет принуждать меня… к чему-то.

— Уверена, Артур отнесется к тебе со всем уважением, на которое способен.

Киваю, потому что так мы договоримся еще до того, стоит ли мне спать с Артуром.

А это вообще не обсуждается! Я не хочу его! В смысле, я бы уже была не против попробовать секс, но точно не с ним.

Вечером, пожелав всем спокойной ночи, скрываюсь в своей комнате. Тихо собираю рюкзак и созваниваюсь с Ташей, чтобы убедиться, что наш план в силе. Сто раз выглядываю в окно и проверяю, не решил ли папа поставить охрану из своих громил. Но нет, двор пуст, и это прекрасно. Так что дорога чиста.

А когда убеждаюсь, что родители легли спать, набираю подругу еще раз.

— Я буду минут через пятнадцать, — говорит Таша. — Ты выходи и топай мне навстречу. До ворот я доезжать не буду.

— Договорились, — отзываюсь и хватаю свой рюкзак.

Выйдя из комнаты, на цыпочках крадусь к лестнице, а потом — вниз. Мысленно благодарю маму, которую в прошлом году начали нервировать скрипучие деревянные ступеньки, и папа, чтобы ей угодить, заменил их на каменные.

Сбегаю вниз, отключаю сигнализацию и тихо выхожу на улицу. Чтобы не спалиться, отбегаю от крыльца в сторону и крадусь к калитке между мамиными цветниками.

Они тоже освещаются, но только солярными лампами, так что свет тусклый, и, скорее всего, меня не заметят.

Добираюсь до калитки, тихо щелкаю замком и открываю ее. Выбравшись на улицу, максимально тихо закрываю и разворачиваюсь, но застываю и покрываюсь огромными, колючими мурашками, когда передо мной вырастает внушительная темная фигура.

Пытаюсь вскрикнуть, но из открытого рта не вылетает ни звука.