— Ни о чем таком я не думала!
— Думаешь, я поверю в то, что ты — хорошая девочка? Не пытайся меня обмануть. Не удастся. Насквозь тебя вижу, испорченная…
— Тогда заканчивай скорее… и уходи!
— Только после того, как сделаю… это.
Что — это?
Ответ настиг меня скорее, чем я могла себе представить.
Он неожиданно обхватил меня за подбородок второй рукой и приподнял лицо.
Жестко так схватил…
Его большой рот накрыл мои губы, заставляя замолчать.
Черт, вынуждая!
Разве можно говорить, когда такое сочное и горячее нечто врывается в рот, жадными толчками прокладывая путь?
Ох, его язык…
Упругий, но юркий, уверенно касался моего, заводил его, кружа, и забирался так глубоко, что у меня от удовольствия закатились глаза.
Вот это поцелуй…
Не знаю, в чем он хорош, и хорош ли вообще, но приз за самый трахательно-вкусный поцелуй я бы отдала Дубинину Ростиславу!
Дорогие, у нас подписка :) Значит, начинается сааамое вкусное и непредсказуемое :) Кто хочет продолжение поцелуя в исполнении Дубинина вечером, голосуем в комментарии :)
Будет сочно!
Глава 12
Глава 12
Марфа
Укусить его язык?
Я прижала зубами, но несильно, подумав, что если передавлю, то меня точно отшпилят, а так… всего лишь поиграла немного, покусывая.
Глубокий мужской стон прокатился по рту огненной лавой, отозвался сильной дрожью во мне.
Неожиданно для себя свободной рукой я вцепилась за его футболку, чтобы не упасть. Хотя и так была прижата к стене, но всякий раз, когда он горячее и глубже раскатывал мой рот, вонзался языком, казалось, что я просто падала.
Пол раскачивался, стена казалось хлипкой, ненадежной.
И только он — громила невоспитанный воспринимался мной как некая точка опоры. Прижимаясь к нему теснее, я буквально отлипла от стены, сильнее сжала зубы на его языке, посасывая.
— Жаркая стерва. Может быть, сделаешь так же чуть пониже? — предложил Дубинин."
"Его зеленовато-серые глаза замерцали, пока вновь не прикрылись тяжелыми веками, а губы не принялись гулять по моему лицу, приближаясь к ушку.
— Не дождешься. Порча так не снимается! — ответила я из последних сил.
Пусть бы кончил как можно скорее, и все!
Иначе внизу моего живота вот-вот случится восстание давно похороненных бабочек.
— Уверена?
Пришлось куснуть его за шею, впиться зубками в солоноватую, пряную кожу.
— Сейчас я на тебе еще одно клеймо оставлю. Такое точно не спрячешь под кофточкой.
— Это водолазка, рыжая.
