Проклятие ульфхеднара

— Почему ты так решила? — он вдруг поднял руку и коснулся ладонью её щеки. — Я отслужил даже больше положенного.

Она отклонилась, пытаясь понять, что кроется за его словами.

— Почему тогда вернулся так скоро?

Ингольв склонился к ней, всё больше мрачнея. Рагна любопытно выглянула из-за его плеча.

— Прошло два года, Асвейг. Не думал, что для тебя это слишком короткий срок, чтобы сидеть на этом острове.

— Ты что же, даже не знаешь, сколько?..

— А зачем ей знать? — грянул позади рассерженный голос Эльдьярна. — Чтобы дни считала, тебя ждала? После того, как ты оставил её.

Ингольв перевёл взгляд на него, смерил им с головы до пят и тут же нехорошо ощерился. Асвейг сразу схватила его под локоть, пытаясь остановить волну гнева, которая явственно заливала его глаза. Они вдруг перестали быть серо-голубыми, подёрнувшись золотым оттенком, что становился всё ярче. Великан тоже приготовился к нападению.

— Ты, значит, тот, за кем она сюда отправилась? — процедил Ингольв. — Никогда бы не подумал… Я не бросал её.

— Тогда на кой ляд ты припёрся? Совесть взыграла? — рявкнул Эльдьярн так, будто защищал собственную дочь от непутёвого ухажёра.

— Она не возвращалась два года! Что я должен был подумать? Что ты здесь убил её? Что она умерла от голода?

Ингольв отодвинул Асвейг в сторону, горячей ладонью на миг сжав её пальцы. Она попыталась удержать его за рукав, но он вырвался. Великан, совершенно не испугавшись того, какая скала двинулась её него, хоть в человеческом обличьи и был ниже да и выглядел слабее, остался стоять на месте.

— Ты должен был подумать, что не нужен ей. Рунвид сказала вам…

— В троллью утробу Рунвид!

Его кулаки сжались, а губы побелели от гнева.

— Ингольв! — Асвейг вцепилась в его плечи, прижалась щекой к спине. — Ингольв, не надо…

И от этого прикосновения, через которое она ощутила даже сквозь толстый плащ, как расходятся в стороны и снова сходятся могучие мышцы от яростного дыхания, стало так невыносимо, так неправильно хорошо.

— Что ты сделал с ней? — уже спокойнее спросил викинг, всё ещё сжимая кулаки. — Околдовал? Опоил?

— Я сделал так, чтобы ей было легче учиться, а не вспоминать о былом изо дня в день, — колдун ткнул пальцем в его грудь. — А особенно о тебе.

— Ты должен был спросить меня, Эльдьярн, — Асвейг встала рядом с Ингольвом, продолжая неосознанно хвататься за него. — Хочу ли я перестать понимать, сколько времени здесь пробыла.