Проклятие ульфхеднара

Хочу ли я не помнить ничего.

— Ты узнала обо всём сейчас, — великан развёл руками, пряча в усах ехидную улыбку. — Разве мир от этого рухнул?

Она потупилась, осознавая справедливость его слов. Ничто не рухнуло. И ей правда было легче оттого, что никто лишний не занимал её мыслей. Она научилась многому. Но вряд ли смогла бы постичь столько, если бы постоянно оглядывалась назад и отсчитывал проведённое здесь время. Внезапно вспыхнувшая обида сошла на нет. Да и Ингольв совсем успокоился и сейчас просто держал её за руку, словно вознамерился тотчас увести с собой.

— Нет, не рухнул, — наконец проговорила Асвейг. — Но я хочу вернуться на большую землю. Мне давно пора искать ответы дальше.

— Ты ещё не узнала всего, — возразил великан.

— Я никогда не узнаю всего, — она усмехнулась. — Я всего лишь человек. Даже боги многое не ведают.

— И ты знаешь, куда идти? — Эльдьярн покачал головой, видно, считая её решение глупостью.

— Надеюсь, что ты окажешь мне милость и укажешь путь, на котором я могла бы узнать о себе что-то ещё.

Колдун скривил губы.

— Мне нужно подумать, — он посмотрел на притихшую позади всех Рагну и почему-то нахмурился, с интересом её рассмотрев. — Вы пока располагайтесь. Ночевать вам всё равно придётся здесь. Плыть назад уже поздно. Ты, девочка, вижу, рыбачка. Не подсобишь мне?

Девушка с готовностью кивнула, видимо, просто побоявшись отказать. Великан поманил её за собой, а Ингольв и Асвейг вошли в дом. Викинг внимательно осмотрелся, пройдя за ней до дальнего угла, отгороженного стенкой, где она жила всё это время.

— Каково оно, ничего не помнить, ни о чем не сожалеть? — спросил Ингольв, остановившись за спиной, показалось, слишком близко.

Его дыхание слабо скользнуло по шее.

— Прости, что я нарушил твоё спокойствие. Но я не мог не узнать, что с тобой сталось.

Асвейг улыбнулась одним уголком рта, всё ещё не решаясь повернуться к Ингольву. И хотелось рассмотреть его поближе, чтобы понять, изменилось ли что-то в нём за это время, но она боялась увидеть, что он такой же, каким был, когда они расстались.

— Хорошо, что ты разрушил наваждение Эльдьярна. Наверное, я могла бы остаться на этом острове в неведении ещё очень долго.

— А может, и до самой смерти, — добавил викинг. — Ты ведь не можешь знать, что у него на уме.

— Я ни о ком не могу это знать. И о тебе тоже.

Тяжёлая рука Ингольва вдруг обхватила её поперек груди.