Проклятые судьбы (ЛП)

Я и другие Наследники плюс Орион решили посмотреть, можем ли мы что-нибудь сделать, чтобы заставить руку судьбы пересмотреть свое решение.

— Ты хочешь бросить вызов небесам? — она вздохнула. — Но как? Как только они решают такую судьбу, как эта…

— Орион работает над настоящим дерьмом звездных связей. Я и ребята, мы смотрим на это с более личной точки зрения. Это означает, что мы намерены помочь им двоим так или иначе справиться со своими проблемами. Но у меня примерно столько же шансов убедить Тори Вега основать группу в стиле кантри и вестерн в костюме клоуна, сколько и заставить ее выслушать меня по этому поводу.

— Ты хочешь сказать… что ни по какой другой причине, кроме стремления к настоящей и честной любви, ты хочешь исправить то, что нельзя исправить, и бросить вызов самим звездам? — она выдохнула, ее глаза расширились, когда она посмотрела на меня так, что я не смог бы точно описать. Это было похоже на то, что она увидела во мне что-то такое, о чем раньше и не думала, и мне вроде как понравилось, как сияли ее темно-синие глаза.

— Ну… да, я так думаю. — Я пожал плечами, засовывая пальцы в карманы брюк, когда ее губы приоткрылись, ее пристальный взгляд скользнул по мне.

Я почувствовал себя странно незащищенным, когда она так на меня смотрела, и неловко откашлялся.

— Так ты предлагаешь перемирие? Ты и я собираемся вместе в погоне за настоящей любовью? Сражаться с небесами за то, что правильно и справедливо? — выдохнула она, заставляя все это звучать как миссия одного из рыцарей короля Артура, а не так, будто пытаюсь позаботиться о своем друге.

— Да. Так что ты скажешь, поможешь ли ты мне убедить ее, что Дариус не так уж плох, что он, возможно, заслуживает второго шанса, чтобы, если Орион сможет найти способ создать звезды …

Джеральдина внезапно шагнула вперед, обхватив мое лицо ладонями за мгновение до того, как ее рот коснулся моего.

Я застонал от желания, когда она прижала меня спиной к книжной полке, схватив за талию и притянув к себе, когда я погрузился в глубину ее поцелуя.

Ее губы приоткрылись для моего языка, и она жадно застонала, когда я повернул нас, прижимая ее спиной к полке, когда она, наконец, уступила тому, чего я так жаждал от нее.

Я не знал, что такого было в этой девушке, был ли это вызов, который она бросала, или тот факт, что я знал, какой скандал это вызовет, если кто-нибудь узнает о нас, но я не мог перестать хотеть ее.