Против течения

То есть любит, но не настолько, чтобы быть со мной сейчас или в будущем, если я провалюсь. Единственная возможность, но возможность, в которую я верю, — что она придет ко мне, если я буду иметь успех. Если я однажды попаду в этот круг, я верю, что получу признание. У меня достаточно уверенности, что я должен выиграть, но правильно ли я выбрал момент для риска? Поставить все на одну карту, потерять положение, репутацию и ее, если я провалюсь? Вот что не дает мне покоя, Энн. И если вы можете дать правильный ответ на мои вопросы, ну тогда я буду благословлять вас всю жизнь.

Энн раздумывала минуту, затем мягко спросила:

— Чувствуете ли вы, что если будете представлять тех людей, с которыми работали, вы сможете помочь им и что эту работу сможете делать хорошо?

— Я знаю, что смогу, — сказал Доусон с силой, — это единственное, в чем я уверен. Это тоже возможность всей жизни — и одновременно я спрашиваю себя, по карману ли мне это?

— Ответ на этот вопрос я знаю, — сказала она. — Я помню, несколько лет назад моему отцу задавали тот же вопрос, и он ответил: «Никогда не давайте деньгам преградить путь возможности».

— Он был прав! — сказал Доусон. — Конечно, он был прав, и все же, если быть честным перед вами, я знаю, что такое правильный выбор, но… я боюсь.

— Разве все мы не боимся чего-то? — ответила Энн. — И разве это не оттого, что не имеем веры? — Произнося эти слова, она чувствовала, что они пришли из другого источника, а не родились в ее голове.

Доусон смотрел на нее, поглощенный этой мыслью.

— О! «Если вы будете иметь веру хотя бы с горчичное зерно», — медленно сказал он. — Как это верно для многих из нас! Спасибо, Энн, вы уничтожили мои сомнения.

— Тогда, я уверена, вы победите, — сказала Энн. — Если приложить достаточные усилия, можно добиться всего, чего хочешь.

— Когда я говорю о ваших проблемах, верю, — ответила Энн. — Но когда речь идет о моих, я тоже боюсь.

Он просто протянул ей руку, и она положила свою в его ладонь.

— Спасибо, — сказал он.

— А девушка, которую вы любите? — спросила Энн.

— Возможно, вера поможет мне и здесь, — сказал он. — Глубоко в душе я знаю, что бы она ни говорила, чтобы ни делала, мы по-настоящему принадлежим друг другу. Каждый день в последние два года я был готов услышать, что потерял ее, но она свободна до сих пор, и, пока она свободна, я буду надеяться.