Против течения

Возможно, мы оба ослеплены тем же самым, оба испуганы, потому что верили, что деньги так важны. Я часто разуверял ее в этом, но и сам попал в тот же капкан. Вы показали мне выход.

— Я дала бы ей возможность бороться вместе с вами, — сказала Энн. — Возможно, это то, чего она ждет: чтобы вы были решительным.

— Если бы ее знали так же хорошо, как знаю я… — Он замолчал, посмотрел в сторону, затем снова на Энн: — Я вам сказал уже так много, Энн, что, возможно, вам стоит узнать остальное. Это не принесет вреда. Вы знаете девушку, которую я люблю.

— Вивьен! Но ведь она… — Энн говорила, не задумываясь.

— Да, она старалась выйти за Джона, — перебил ее Доусон, — я знаю это. Она хотела выйти за него замуж, потому что он богат, потому что он может дать ей все, чего не могу дать я, и все-таки я знаю, что я единственный человек, которого она когда-либо любила, и единственный, кого она будет любить всегда.

Энн было нечего сказать. Это было настолько неожиданным, что она могла только смотреть на Доусона в изумлении.

— Вы сделаете для меня еще одну вещь, Энн? — продолжал он. — Вы были так добры, что я собираюсь и дальше злоупотреблять вашей добротой. Вы скажете Вивьен, что я оставляю Джона и почему я это делаю? Я бы хотел, чтобы она услышала это от вас, а не от кого-то еще. Мать Джона, а возможно, и Джон назовут меня дураком, но вы поймете и скажете Вивьен за меня, почему это имеет такое большое значение.

Все еще пораженная, все еще сбитая с толку, Энн молчала, и Доусон попросил ее снова:

— Вы сделаете это для меня? Прошу вас.

— Да, Доусон, сделаю, — тихо ответила Энн.

В этот момент дверь распахнулась, и Майра ворвалась в комнату.

— О Доусон, я вернулась, чтобы сказать, что не могу… — Она внезапно замолчала, увидев Энн. И только на миг старшей сестре показалось, как будто на лице Майры появилось не только выражение удивления, но и еще что-то — скрытное, дерзкое.

Потом Майра с криком бросилась через комнату:

— Энн, дорогая, как чудесно видеть тебя! Почему ты не дала мне знать, что приедешь?

Майра обвила руками шею Энн:

— Что ты сделала с собой, дорогая? Ты стала совсем другой.

Энн с трудом удержалась, чтобы не повторить те же слова, однако совсем не тем восхищенным тоном, с каким Майра обратилась к ней. Некоторое время она не могла придумать, что сказать, глядя на младшую сестру. Она вспомнила, что в прошлом всегда обуздывала вкус Майры, и поняла, каким сумасшествием было предоставить Майре одной выбор платьев, когда Джон дал ей деньги.